-- Зачѣмъ ты заставляешь меня такъ долго ожидать тебя?-- отозвалась она вполголоса: -- всѣ почти расходятся... Катя тоже ушла: мать дала ей порученіе что-то купить къ обѣду; она не могла долѣе оставаться...
-- Не хочешь ли ты сейчасъ же, вмѣстѣ со мною сдѣлать визитъ имъ?-- спросилъ г. Гольмъ, улыбаясь.
Лицо Норы просіяло.
-- О, конечно, съ большимъ удовольствіемъ!
Спустившись съ подъѣзда, г-нъ Гольмъ и его дочь сѣли въ щегольской фаэтонъ, запряженный парою рослыхъ, гнѣдыхъ лошадей, и поѣхали по тому направленію, гдѣ жила Катя; въ воротахъ она столкнулась съ нею: она возвращалась тоже домой, держа въ рукѣ небольшой пакетикъ.
-- Нора!-- вскричала она радостно:-- здравствуй еще разъ; какими судьбами ты здѣсь и твой отецъ тоже?
-- Мы пріѣхали къ вамъ съ визитомъ; недовольны развѣ?-- шутя замѣтилъ г-нъ Гольмъ.
-- Напротивъ, очень, очень довольна. Пойдемте, мама будетъ счастлива васъ видѣть, я такъ много разсказывала ей о Норѣ.
Съ этими словами Катя пошла впередъ, чтобы указать дорогу; гости слѣдовали за нею.
Чѣмъ выше поднималась Нора по лѣстницѣ, тѣмъ эта лѣстница казалась ей менѣе дурною, а когда вошла въ квартиру, то впечатлѣніе получилось вполнѣ благопріятное, такъ тамъ все было мило, чисто, уютно, хотя на роскошь нигдѣ не видѣлось ни малѣйшаго намека.