-- Господи! Что съ нами будетъ? пробормотала Настя дрожащимъ голосомъ,-- вода насъ преслѣдуетъ, мы нигдѣ не можемъ отъ нее укрыться.
-- На плотъ, который я устроилъ изъ двери, она не поднимется; онъ равняется второму этажу; или скорѣе, Леночка, не бойся! Добавилъ онъ обратившись къ младшей сестренкѣ, которая нерѣшительно ступала ножками на плотъ, гдѣ Настя уже ожидала ее.
-- Здѣсь совсѣмъ не такъ страшно, какъ казалось, замѣтила малютка, прижимаясь къ Настѣ, и крѣпко охвативъ ее за шею.
-- Конечно; надо только сидѣть смирно, положиться на волю Божію, и терпѣливо ждать что будетъ, отозвалась Настя. Леночка замолчала. Они всѣ трое остановились неподвижными, боясь пошевелиться, боясь проронить слово.
-- Папа ѣдетъ! Вскричала вдругъ Настя; Леночка встрепенулась; встрепенулся и Вася.
Привставъ на ноги и ухватившись одной рукой за сукъ дерева, онъ сталъ махать въ воздухѣ бѣлымъ носовымъ платкомъ, желая этимъ обратить на себя вниманіе подъѣзжавшихъ въ лодкѣ трехъ мужчинъ, одинъ изъ которыхъ былъ ихъ отецъ.
Сначала маневръ его не имѣлъ успѣха, мужчины были заняты разговоромъ, жестикулировали руками, видимо о чемъ то споря, или что то доказывая, но за тѣмъ, одинъ изъ нихъ, случайно обернувъ голову по тому направленію, гдѣ находились наши дѣтки, и вѣроятно замѣтивъ ихъ, сказалъ остальнымъ. Тогда лодка повернула уже къ дереву, и чѣмъ ближе подплывала, тѣмъ явственнѣе образовалась фигура Григорія Григорьевича, въ свою очередь узнавшаго сына и дочерей.
-- Слава Творцу небесному! Вы живы...
Воскликнулъ онъ, когда лодка почти поравнялась съ деревомъ; какой добрый человѣкъ устроилъ васъ такъ ловко и такъ безопасно! Какъ мнѣ за все это поблагодарить его.
-- Насъ здѣсь устроилъ Вася; онъ одинъ, своими собственными руками смастерилъ этотъ плотъ, отвѣтила Настя.