-- Скучно?!-- съ удивленіемъ переспросила Оля:-- о нѣтъ; развѣ можно скучать, когда играешь съ куклами? Это такой пріятный товарищъ.
-- Какъ кому,-- отозвалась Вѣра Львовна и вторично посмотрѣла на дочь.
-- Оно, пожалуй, правда, что кукла хорошій товарищъ, но вѣдь поговорить съ ней ни о чемъ нельзя,-- возразила Надя какъ бы желая немного оправдаться.
-- Почему нельзя? Я часто бесѣдую съ Идой.
-- Какимъ же образомъ? Вѣдь куклы говорить не могутъ.
-- Конечно, но мы можемъ сами говорить за нихъ; по крайней мѣрѣ я всегда такъ дѣлаю, разговоръ нашъ зачастую бываетъ очень интересенъ и, кромѣ того, продолжается иногда довольно долго.
-- Въ самомъ дѣлѣ, какая хорошая мысль! А мнѣ вѣдь это въ голову не приходило; но теперь я стану дѣлать такъ же. Вѣдь ты научишь меня, не правда ли?
-- Съ большимъ удовольствіемъ.
-- Ну, а съ остальными игрушками какъ ты играла, разскажи пожалуйста?
-- Остальными игрушками, по-правдѣ сказать, я не была богата; папа имѣлъ слишкомъ много заботъ и хлопотъ по дому и по службѣ, чтобы думать о покупкѣ ихъ; а тетя всегда увѣряла, что тратить деньги на подобные пустяки не слѣдуетъ, и потому мнѣ приходилось довольствоваться на мѣсто игрушекъ разными ломанными ящиками, корзинками и другими въ такомъ родѣ ненужными вещами; изъ старой ободранной скамейки, напримѣръ, которую тетя уже велѣла сжечь, я устроила плиту; пустыя спичечныя коробки и катушки отъ нитокъ замѣняли кухонную посуду. Въ нихъ я варила обѣдъ, завтракъ, ужинъ, и моя милая Ида кушала всегда съ большимъ аппетитомъ.