-- Я и еще разъ повторяю то же самое.
-- Тогда зачѣмъ же въ лѣчебницу?
-- Затѣмъ, Наталья Павловна, что дома нельзя имѣть того ухода какъ тамъ; а для нея это необходимо.
Наталья Павловна долго возражала; она страшилась мысли разстаться съ Идой, и главное не знала, какъ сама Ида взглянетъ на подобное предложеніе; увести же дѣвочку изъ дома больную противъ воли, ей положительно не хотѣлось; но по счастію, Ида, всегда и во всемъ благоразумная, не измѣнила себѣ и на этотъ разъ: услыхавъ слова доктора, она твердо заявила, что вполнѣ согласна съ его мнѣніемъ.
-- Но, голубка моя, ты еще такъ слаба, тебѣ трудно будетъ подняться.
-- Для подкрѣпленія силъ, я и прописалъ лѣкарство,-- снова сказалъ докторъ,-- оно должно имѣть дѣйствіе и завтра вамъ навѣрное будетъ легче; теперь же пока прощайте.-- Проводивъ доктора, Надя выбѣжала въ аптеку (т.-е. въ сосѣднюю комнату), выпросила у отца пустую стклянку отъ какихъ-то капель, наполнила ее клюквеннымъ морсомъ, акуратно обвязала розовой бумажкой, даже прицѣпила рецептъ и, снова вернувшись въ спальню, гдѣ Ида лежала попрежнему неподвижно, поднесла лекарство къ кроваткѣ и проговорила ласково.
-- Выпей, душенька, на здоровье, да постарайся заснуть, ежели можешь.
-- Нѣтъ, няня, спать не хочется.
-- Ну тогда полежи покойно.
-- Лежать тихо и покойно, пожалуй, буду; но какъ это скучно, если бы ты знала!