Послѣ этихъ словъ Владиміръ уже не колебался; онъ рѣшилъ во что бы то ни стало сдѣлаться христіаниномъ. Смущало его только одно:
Чтобы сдѣлаться христіаниномъ, приходилось креститься,-- креститься надо было у грековъ, а ему крѣпко не хотѣлось обращаться къ грекамъ съ просьбою, и потому онъ задумалъ взять Св. Крещеніе съ бою, т. е. идти походомъ на греческій городъ Корсунь.
Походъ удался; Корсунь былъ покоренъ.
Тогда Владиміръ, ободренный удачей, началъ грозить грекамъ тѣмъ, что пойдетъ и на столицу ихъ Царьградъ, если только греческіе императоры (въ то время ихъ тамъ было двое) -- Василій и Константинъ -- не согласятся выдать за него замужъ свою сестру Анну.
Мы не можемъ выдать сестру за язычника,-- возразили императоры, полагая, что отвѣтъ ихъ огорчитъ Владиміра; но Владиміру онъ, напротивъ, пришелся какъ нельзя больше по душѣ.
-- Коли такъ,-- отозвался тогда князь,-- то я могу креститься.
Оба императора отправились къ сестрѣ и подробно передали обо всемъ случившемся.
Молодая царевна залилась горючими слезами; ей не хотѣлось покидать родную Грецію, не хотѣлось ѣхать въ Русь -- страну почти еще дикую, гдѣ половина народа поклонялась идоламъ, но такъ какъ отговариваться было нечѣмъ, то она сѣла на корабль и въ сопровожденіи многочисленной свиты и Царьградскаго духовенства, скрѣпя сердце, поплыла въ Корсунь.
Владиміръ приготовилъ торжественную встрѣчу, но самъ участвовать въ торжествѣ не могъ, потому что въ это время, какъ говоритъ преданіе, у него вдругъ до того сильно разболѣлись глаза, что онъ ничего не видѣлъ.
-- Крестись скорѣе, коли хочешь исцѣлиться,-- посовѣтовала ему невѣста-христіанка.