-- Барышня, а барышня,-- вдругъ окликнулъ ее извозчикъ,-- который же тутъ вашъ домъ, мы пріѣхали.
Леночка подняла голову.
-- Это совсѣмъ не нашъ домъ,-- отвѣчала она;-- даже и не та улица.
-- Вотъ еще, не та улица!-- я не спалъ вѣдь, когда меня нанимали.
-- Да нѣтъ же, голубчикъ, могу тебя увѣрить, ты ошибся.
-- Ну, ужъ этого, матушка-барышня, быть не можетъ? Слава тебѣ Господи, не первый годъ ѣзжу въ извозѣ; васъ еще, я думаю, на свѣтѣ не было, какъ я уже на козлахъ сидѣлъ. Вы сами, должно быть, свой домъ не узнали.
-- Наша улица дальше, за угломъ; вотъ тамъ, гдѣ церковь, видишь?
-- Вижу, только не поѣду; извольте слѣзать, да пѣшкомъ идти, потому что потомъ вы опять скажете "поѣзжай дальше!", а у меня лошадь безъ того устала.
-- Не скажу я этого, когда ты. подвезешь меня куда слѣдуетъ!
-- Нѣтъ, какъ вамъ угодно, дальше не поѣду,-- отвѣчалъ извозчикъ и, потянувъ возжи, остановилъ лошадь.