-- Она намъ ничего не стоитъ.
-- Не правда, я знаю, цѣна ей пятнадцать рублей.
-- Да, это вѣрно; но мы за нее ничего не заплатили.
-- Какимъ же образомъ?
Коля разсказалъ подробно обо всемъ. Катя слушала его съ большимъ вниманіемъ и не переставала смотрѣть на красавицу Дору, любовалась ея изящнымъ костюмомъ, не вѣрила собственнымъ глазамъ и боялась, не сонъ ли это.
-- Спасибо тебѣ, Стеша, милая, хорошая, дорогая, и тебѣ Коля тоже,-- восторженно вскричала Катя, когда длинное повѣствованіе о визитѣ къ крестному отцу было окончено.
-- Не за что, не за что...
-- Какъ не за что? Ты доставила мнѣ такое большое удовольствіе, о которомъ я не смѣла даже и думать.-- Говоря это, Катя бросилась по очереди цѣловать брата и сестру.
На розовомъ личикѣ дѣвочки дѣйствительно было написано полное удовольствіе; цѣлый день не разставалась она съ Дорою, за обѣдомъ посадила около себя, вечеромъ, когда наступила пора ложиться спать, устроила для нея кроватку изъ составленныхъ рядомъ двухъ мягкихъ бархатныхъ табуретокъ. На слѣдующій день повторилось то же самое, и затѣмъ такъ пошло постоянно. Все свое свободное время употребляла Катя на то, чтобы кроить для куклы бѣлье и платья. Сначала работа эта порою казалась довольно трудною, встрѣчались различныя препятствія -- то рукавъ отъ платья не приходился къ лифу, то юбка вдругъ ни съ того, ни съ сего оказывалась или слишкомъ короткою, или уже черезъ-чуръ длинною. Но потомъ, попривыкнувъ, Катя сдѣлала замѣтные успѣхи въ рукодѣліи; въ особенности дѣла пошли хорошо, когда Стеша поступила въ пріютъ, гдѣ ее исключительно обучали шитью бѣлья и платьевъ.
По воскресеньямъ она постоянно приходила къ Алымовымъ и приносила съ собою выкройки; вотъ тутъ-то у обѣихъ дѣвочекъ начиналась настоящая работа.