-- Что же у васъ дома случилось? Скажите мнѣ откровенно.
Таня продолжала плакать.
-- Я не къ тому спрашиваю, чтобы отправить васъ домой, не думайте; мнѣ просто изъ чувства человѣчества, такъ сказать, изъ участія, хочется знать, что у васъ случилось?
-- Ахъ, Наталья Александровна, большое несчастіе!
-- Несчастіе!.. но что же именно? Говорите скорѣе...
-- Таня вмѣсто отвѣта подала только что полученное письмо; начальница прочитала его внимательно.
-- Вотъ видите ли, другъ мой, въ виду просьбы бабушки теперь больше, чѣмъ когда нибудь, вы должны отнестись снисходительно къ порыву Мери; вѣрьте, ей самой можетъ быть вдвое непріятнѣе, чѣмъ вамъ, потому что она вовсе не зла, а просто вспыльчива, и къ тому еще очень избалована дома матерью -- это причина, по которой самъ князь пожелалъ помѣстить ее сюда.
-- Да, я не сержусь, мнѣ только очень жаль моего розана, а главное, не знаю, гдѣ достать для бабушки двадцать рублей, безъ которыхъ, какъ вы сами видите, обойтись она положительно не можетъ.
-- Если вы дадите слово не начинать больше ссоры съ княжною, то я сію минуту достану вамъ эти деньги изъ суммы, оставленной мнѣ ея отцомъ.
-- Вы можете быть вполнѣ увѣрены, что съ моей стороны никогда не будетъ подано повода не только къ ссорѣ, даже простому недоразумѣнію, но...