Такимъ образомъ прошло около года, время тянулось обычной чередою, но Ванѣ казалось что оно тянется замѣчательно долго, хотя въ теченіе дня ему положительно не хватало рабочихъ часовъ и онъ ничего не имѣлъ бы противъ того, чтобы сутки заключали въ себѣ не 24 часа, а 48. Зато со дня его возвращенія дѣла бабушки пошли замѣтно лучше: онъ по прежнему занялся рыбной ловлей, и сбытомъ рыбы по окрестнымъ деревнямъ и селамъ; за послѣдніе мѣсяцы уловъ выдался удачный, благодаря чему Ванѣ удалось.выкупить раньше заложенный домикъ, и тогда, конечно, жить имъ въ немъ стало гораздо легче. Это обстоятельство успокоило бабушку и внука, которые оба, однако, попрежнему скорбѣли душой о несчастій Маши.
-- Бабушка, я сегодня вернусь съ рыбной ловли позднѣе,-- сказалъ однажды Ваня, отправляясь съ утра на промыселъ, затѣмъ подошелъ къ Машѣ, на прощанье ласково поцѣловалъ ее въ лобикъ, сунулъ въ руку прекрасное, спѣлое яблоко и забравъ рыболовные снаряды поспѣшно вышелъ изъ дому.
Погода стояла ясная, хорошая. Ваня скоро добрался до берега, отвязалъ стоявшую тамъ лодку и схвативъ весла поплылъ по теченію.
Но едва успѣлъ онъ отъѣхать и полъ-дороги, какъ вдругъ по чему-то совершенно машинально повернулъ голову назадъ; взорамъ его представилась страшная, ужасающая картина... Онъ увидѣлъ, что ихъ маленькая избушка охвачена пламенемъ...
-- Боже праведный!-- воскликнулъ мальчикъ, почувствовавъ, что у него начинаютъ холодѣть руки и ноги -- но смущеніе его продолжалось недолго; онъ вскорѣ оправился, повернулъ лодку обратно, и началъ грести что было силы.
Въ виду того, что плыть приходилось противъ теченія, лодка подвигалась медленно, а пламя все росло и росло...
Трудно описать тѣ нравственныя муки, которыя переживалъ несчастный мальчикъ, онъ положительно выбивался изъ силъ, потъ крупными каплями скатывался по его блѣдному лицу, въ глазахъ сказывалась тревога и волненіе, губы бормотали какія-то несвязныя рѣчи... Но вотъ, наконецъ, лодка причалила къ берегу; какъ безумный выскочилъ онъ изъ нея на сушу, и стремглавъ помчался по направленію къ горящему домику.
-- Будь покоенъ, бабушка спасена, я перенесъ ее къ себѣ,-- крикнулъ издали одинъ изъ сосѣдей.
-- А Маша?
-- Ахъ, Боже мой! Мы про нее забыли!-- въ отчаяніи отозвался сосѣдъ схвативъ себя за голову.