День прошелъ въ безконечныхъ разговорахъ: опросамъ, разспросамъ и разсказамъ не было конца; еслибы кто могъ невидимкою заглянуть въ скромный домикъ бѣдной старушки, то сказалъ бы, что въ данную минуту навѣрное въ цѣломъ мірѣ не найдется человѣка счастливѣе его обитателей. Маша тоже заразилась общимъ хорошимъ настроеніемъ и, повидимому, совершенно забыла о томъ ужасномъ несчастій, которое ожидало ее завтра; забыла до тѣхъ поръ, пока наконецъ, проснувшись на слѣдующее утро, должна была сознать свою слѣпоту, глухоту и отсутствіе всякой возможности произнести хотя бы одно какое-нибудь слово.
Бѣдняжка разразилась горькими рыданіями, бабушка бросилась къ ней съ испуганнымъ лицомъ, но при всемъ своемъ стараніи не могла ни чѣмъ помочь и даже не поняла сути дѣла.
-- Ваня, Ваня -- позвала она внука, спавшаго въ сосѣдней комнатѣ.
Ваня немедленно явился на зовъ.
-- Посмотри, что такое приключилось съ Маніей,-- продолжала бабушка заливаясь слезами.
Мальчуганъ поспѣшно подбѣжалъ къ сестрѣ, но сколько ни старался ее успокоить, сколько ни уговаривалъ, подѣлать ничего не могъ; по прошествіи нѣкотораго времени, онъ, однако, первый смекнулъ и догадался что сестру его постигло великое несчастіе и что она сразу лишилась слуха, зрѣнія и при этомъ еще сдѣлалась нѣмою. Что могло вызвать подобное явленіе -- для всѣхъ оставалось загадкою.
-- Она очень тосковала во все время твоего отсутствія, и теперь, вѣроятно, не въ силахъ перенести того ощущенія, которое произвела радость -- сказала бабушка.
Всѣ сосѣди сбѣжавшіеся выразить свое сочувствіе старушкѣ по поводу приключившагося несчастія съ ея внучкой, и вмѣстѣ съ тѣмъ поглазѣть на Ваню -- утверждали тоже самое...
Ванѣ было очень неловко все это выслушивать, но онъ ничего не возражалъ, и только старался объ одномъ -- такъ или иначе загладить вину передъ Машей.
Взявъ на себя всѣ хлопоты и заботы по дому и хозяйству, онъ работалъ безъ устали; на заработанные гроши старался доставить и ей и бабушкѣ всевозможныя удобства, иногда даже покупалъ лакомства, хотя самъ порою сидѣлъ голодный или довольствовался черствою коркою хлѣба, да холодной водою.