Тогда графъ и графиня въ одинъ голосъ стали просить дѣвочку сейчасъ же ѣхать съ ними, и послали за ея отцемъ, который только-что ушелъ на поле.
Отцу тяжело было. отпускать Лизочку служить, но она такъ просила его согласиться, что о противорѣчіи нечего было думать, да къ тому же идти противъ желанія графа онъ считалъ невозможнымъ и потому, конечно согласился.
Лиза, какъ говорится, была на седьмомъ небѣ и считала, что счастливѣе ея не можетъ быть человѣка во всемъ мірѣ. Не заходя домой, не простившись съ сестрою и наскоро поцѣловавъ отца, она весело прыгнула въ коляску и покатила по направленію къ графскому замку.
Ей казалось, что все это сонъ, а не дѣйствительность. Она боялась пробужденія, и чтобы скорѣе уѣхать, ничего не взяла съ собою изъ вещей, тѣмъ болѣе, что графиня обѣщала на первый случай дать все необходимое.
Чѣмъ ближе подъѣзжалъ фаэтонъ къ замку, тѣмъ она чувствовала себя довольнѣе и о домашнихъ даже не вспоминала... А отецъ ея тѣмъ временемъ ходилъ взадъ и впередъ около хижины, печальный, задумчивый. Что касается Наташи, то она уткнувшись головой въ подушку, горько плакала.
-----
Лизѣ жилось въ замкѣ прекрасно. Маленькій графъ полюбилъ новую няню всѣмъ сердцемъ, и каждый разъ какъ она брала его на руки, громко выражалъ свой восторгъ. Самъ графъ и графиня совершенно успокоились и конечно относились къ Лизѣ вполнѣ ласково; графиня подарила ей розовое шелковое платье, прелестный черный зонтикъ, хорошенькій бѣлый передникъ съ про49
піявками, а графъ собственноручно надѣлъ ей на шею жемчужныя бусы.
Обѣдъ Лиза получала съ графскаго стола, а помѣщеніемъ пользовалась по сосѣдству съ маленькимъ воспитанникомъ, къ которому, кромѣ нея, былъ приставленъ цѣлый штатъ прислуги, вмѣстѣ съ тѣмъ услуживавшей и ей. Малѣйшее ея желаніе исполнялось моментально, благодаря чему она напустила на себя такую важность, что стала неузнаваема и объ отцѣ и еестрѣ совершенно перестала думать.
Прежде, т.-е. въ началѣ своего переселенія въ графскій замокъ, отправляясь кататься съ маленькимъ графомъ, она всегда просила кучера, хоть на минуточку, остановиться около домика отца, и не выходя изъ экипажа, разговаривала съ нимъ и съ Наташей, хотя и тогда уже отъ нея вѣяло какимъ-то холодомъ, но потомъ -- впослѣдствіи и эти кратковременныя свиданія стали надоѣдать ей, такъ что она уже приказывала кучеру нарочно ѣхать по другой дорогѣ.