Корзинка оказалась очень удобною, но этого было, конечно мало, приходилось главнымъ образомъ подумать о томъ, чѣмъ ее наполнить. Скоро однако и этотъ вопросъ разрѣшился: дѣти, спросивъ себѣ къ вечернему чаю по двойной порціи бутербродовъ сами ихъ не скушали, а цѣликомъ опустили въ корзинку; туда же было опущено болѣе фунта колотаго сахара, порядочный запасъ сухого чая, кофе и даже бутылка съ виномъ; все это они достали изъ буфета, совершенно спокойно, безо всякой боязни, зная заранѣе, что мама не разсердится.
Что касается мистриссъ Рочь, то она, по счастливой случайности, весь вечеръ просидѣла надъ какимъ-то нужнымъ письмомъ, не выходила даже къ чаю, и, будучи убѣждена что ея маленькіе воспитанники ничего не напроказятъ, предоставила имъ полную свободу. Въ десять часовъ дѣти разошлись по своимъ комнатамъ, сговорившись на слѣдующее утро встать даже раньше прислуги и тихонько, черезъ черный ходъ, пробраться въ жилище газетчика Пети.
Долго не могли заснуть наши дѣтки; во-первыхъ, они находились Въ крайне возбужденномъ состояніи вслѣдствіе тревожныхъ думъ, какъ удастся предполагаемое предпріятіе, а во-вторыхъ, главное ихъ безпокоила мысль о томъ, что бѣдный Петя теперь лежитъ больной безъ помощи доктора и кромѣ того еще, быть можетъ, голодный; они съ нетерпѣніемъ ожидали слѣдующаго утра и, безпрестанно ворочаясь съ боку на бокъ, оба слышали, какъ висѣвшіе въ столовой часы пробили полночь, затѣмъ, наконецъ, уснули и проснулись тогда, когда на дворѣ уже было почти свѣтло.
Первымъ проснулся Сережа. Въ другое время онъ охотно бы подремалъ еще, такъ какъ рано вставать вообще не любилъ, но теперь объ этомъ нечего было и думать.
"Безъ того, вѣроятно, проспалъ, на дворѣ свѣтло, а осенью свѣтаетъ поздно",-- пробормоталъ онъ самъ себѣ и принялся наскоро одѣваться.
Кто-то тихонько постучалъ въ двери, мальчикъ осторожно отодвинулъ задвижку и, выглянувъ въ скважину, увидалъ Соничку, которая стояла совсѣмъ уже одѣтая и держала въ рукѣ корзинку.
-- Я готова,-- прошептала она едва слышно,-- а ты?
-- Тоже.
Съ этими словами онъ на цыпочкахъ вышелъ изъ своей комнаты и, осторожно ступая по полу, тихою стопою послѣдовалъ за Соней.
Миновавъ благополучно корридоръ, буфетную и, пройдя никѣмъ не замѣченныя черезъ кухню, дѣти живо спустились во дворъ по черной лѣстницѣ, ни кухарка, ни горничная ничего не слыхали, хотя обѣ были уже вставши и сидѣли въ людской за самоваромъ. Дверь на черную лѣстницу оказалась отворенною, должно быть, потому, что кухаркинъ любимый жирный котъ Матроска отправился на утреннюю прогулку, и кухарка, не желая два раза безпокоиться, впускать и выпускать его, рѣшила оставить дверь незакрытою.