-- Далеко не уходите,-- совѣтовала мама,-- небо покрывается тучами, по всей вѣроятности собирается гроза.
-- Что ты, мамочка, неужели! Это было бы досадно, играть въ саду гораздо пріятнѣе чѣмъ въ комнатѣ.
-- Можетъ быть, Богъ дастъ, ничего не будетъ!-- замѣтилъ въ заключеніе Сережа, и первый выбѣжалъ на балконъ; за нимъ послѣдовали дѣвочки.
-- Хотите бѣгать въ горѣлки?-- предложила Танюша.
-- Отчего же, можно!-- отозвались остальные.
Началась веселая игра въ горѣлки по широкой липовой аллеѣ, ведущей отъ балкона къ озеру. Небо между тѣмъ дѣйствительно съ каждой минутой все больше и больше заволакивалось густыми свинцовыми тучами, но дѣти, увлеченные игрою, не замѣчали этого. Набѣгавшисъ вдоволь, они придумали болѣе спокойную игру, въ "барыню". Игра эта заключалась въ томъ, что Лизочка, какъ старшая, взяла на себя роль барыни, Маша -- ея дочери, Сережа -- кучера, а Медоръ -- лакея. Они должны были ѣхать въ дальнюю дорогу; Лизочка отдавала приказанія, Маша безпрестанно мѣшала ей, приставая съ различными ненужными вопросами. Лизочка дѣлала видъ, что очень сердится, просила оставить ее въ покоѣ, но это выходило у нея чрезвычайно мило и комично.
Сережа хлопоталъ около устройства дорожнаго экипажа, который приходилось замѣнить простой садовой скамейкой, нагружалъ его поклажею, впрегъ четыре садовыхъ стула, сѣлъ на спинку скамейки, взялъ маленькій кнутикъ, подобралъ веревочныя возжи и торжественно объявилъ барынѣ, что все готово. Тогда Лизочка принялась окутывать Машу, которая при этомъ отлично разыграла роль капризной балованной дѣвочки; Лизочка сердилась. Наконецъ все оказалось готово, мать и дочь усѣлись въ экипажъ, а Медорку посадили рядомъ съ кучеромъ. Сережа стегнулъ по стульямъ и, прищелкивая языкомъ, старался этимъ подражать звуку лошадиныхъ копытъ. Всѣмъ было хорошо и весело; но вотъ вдругъ блеснула молнія, затѣмъ раздался сильный раскатъ грома и дождь моментально полилъ словно изъ ведра. Дѣти испугались.
-- Домой, домой скорѣе!-- послышался голосъ матери.
Они бросили все и побѣжали къ балкону. Дождь лилъ съ такою силою, что, несмотря на близость разстоянія, которое пришлось пробѣжать, маленькіе путешественники оказались промокшими насквозь. Пришлось сейчасъ же перемѣнить бѣлье и платье; это тоже показалось дѣтямъ очень забавно,-- они не могли смотрѣть безъ смѣха на свои пострадавшіе костюмы, а въ особенности на Медора, мохнатая шерсть котораго какъ-то слиплась, опустилась и придавала ему чрезвычайно жалкій видъ. Дѣти смѣялись отъ души, но вотъ вдругъ, среди всеобщаго веселья, раздался совершенно неожиданно отчаянный крикъ маленькой Машуты.
-- Боже мой, Боже мой, какое несчастіе!-- проговорила она сквозь слезы,-- мы забыли въ саду нашу лавочку!