-- Въ книжкѣ дяди Левы,-- добавила Варенька.
-- Въ той самой, которую вы до сихъ поръ не могли найти минутки прочитать,-- строго замѣтила мама.
Дѣти молча опустили глаза.
-- Мы не знали, что попугаи говорятъ,-- наконецъ нерѣшительно пролепеталъ Андрюша.
-- Потому-то и не знали, что не хотѣли прочесть книжку, въ которой написано обо всѣхъ птицахъ и животныхъ; иначе этого бы не случилось. Хорошо еще, что не было никого постороннихъ, а то осрамили бы папу, себя и меня,-- продолжала мама все тѣмъ же строгимъ тономъ;-- нынче каждая простая дѣвочка, всякій уличный мальчикъ умѣютъ читать, и знаютъ обо всемъ понемногу, а вы, дѣти благородныя, и какъ всѣ считаютъ, богатыхъ родителей, вдругъ не могли узнать попугая, испугались, что онъ заговорилъ по-человѣчески и объяснили все какимъ-то чудомъ!
Дѣти сильно переконфузились; они вполнѣ соглашались, что мама говоритъ правду. Варя "?ію же минуту побѣжала въ дѣтскую, отыскала заброшенный подарокъ дяди Левы и принялась читать вслухъ.
Андрюша и Катя, противъ всякаго ожиданія, слушали внимательно; книга не казалась больше скучною; маленькіе разсказы о всевозможныхъ птицахъ, рыбахъ, животныхъ очень интересовали ихъ; въ особенности, когда рѣчь зашла о попугаѣ, Андрюша даже просилъ Варю два раза прочесть о немъ, чтобы лучше запомнить нѣкоторыя подробности.
Съ этого дня они уже не боялись этой необыкновенной птицы, а напротивъ, избрали своимъ любимымъ мѣстопребываніемъ полянку около чугунной рѣшетки подъ деревомъ, къ одному изъ сучковъ котораго была привѣшана жердочка попугая.
Катя находила особенное удовольствіе кормить уточекъ, а Варя и Андрюша почти все свободное время проводили около Попенѣки, слушая его смѣшную болтовню, и зачастую вспоминали о томъ, какъ они съ испуганнымъ видомъ прибѣжали домой сообщить мамѣ о томъ, что видѣли такія чудеса, что даже трудно повѣрить.