"Вѣрно идетъ великанъ-людоѣдъ, чтобы проглотить меня" подумала бѣдная дѣвочка и, крѣпко прижавшись къ дереву, еле дышала.
Шумъ между тѣмъ слышался все явственнѣе. Анюта начала чувствовать, что отъ страху снова теряетъ сознаніе; кажется еще одна минута -- и она навѣрное попадетъ въ огромный ротъ великана-людоѣда; но вдругъ около ея ногъ промелькнула знакомая фигура Полкана.
-- Полканъ!-- радостно вскрикнула тогда Анюта.
Добрая собака, въ отвѣтъ на восклицаніе дѣвочки, начала громко лаять.
-- Полканъ, Полканъ!-- послышался тогда изъ глубины лѣса голосъ отца.
-- Папочка, я здѣсь!-- собравъ послѣднія силы крикнула Анюта и, подъ вліяніемъ всего прочувствованнаго, снова потеряла сознаніе и какъ снопъ повалилась на траву.
Какъ подошелъ папа, какъ поднялъ Анюту, какъ снесъ ее обратно домой -- дѣвочка ничего не помнила, потому что у нея отъ сильнаго испуга и волненія сдѣлалась нервная горячка.
Бѣдняжка прохворала почти около мѣсяца. Поправившись, она первымъ долгомъ освѣдомилась о любимой козочкѣ, которая оказалось цѣлою и невредимою, и въ роковой день своего побѣга была приведена изъ сосѣдней рощи домой гораздо раньше Анюты.
ОШИБКА.
Катя и Оля были задушевныя пріятельницы; онѣ воспитывались въ одномъ пансіонѣ и въ классѣ сидѣли рядомъ.