Однако, къ тому времени, когда это письмо появится предъ вами, читатель, вы тоже будете чуть-ли не наканунѣ новаго года, а поэтому пріймите отъ меня тысячи пожеланій.
Парижъ 30 (18) декабря.
V.
(Поѣздка изъ всемірной столицы въ сѣверную Пальмиру. Смѣна впечатлѣній. Оскудѣніе въ Петербургѣ. Обыденная и уличная жизнь. Оскудѣніе въ сферѣ искусства. Назадъ въ Парижъ. Событія дня и происшествія. Убійство префекта де-Варремъ. Убійство въ улицѣ Коммартэнъ. Помилованіе Луизы Житель и Крапоткина).
По независящимъ отъ меня обстоятельствамъ, мнѣ пришлось совершить поѣздку отсюда въ Петербургъ, гдѣ я пробылъ десятокъ дней. Быстрая смѣна мѣстъ, лицъ и впечатлѣній. Съ присущею моему нраву общительностью, хотѣлось-бы все это наглядно и картинно передать моимъ благосклоннымъ читателямъ. Французы говорятъ: "comparaison n'est pas raison", и это вѣрно, но дѣлать сравненія, однако, не возбраняется, въ особенности, когда отъ этихъ сравненій невозможно отрѣшиться, когда они невольно приходятъ въ голову, когда въ нихъ чувствуется потребность. Вопросъ о томъ, "гдѣ лучше?" всегда оставался загадкою для человѣка и врядъ-ли эту загадку можно рѣшить простымъ отвѣтомъ Чацкаго,-- "гдѣ насъ нѣтъ!"
Довольно долгое время не приходилось мнѣ посѣщать нашу сѣверную столицу, но... по чистой совѣсти "и никакому иному смыслу", а также, не взирая на всѣ мои истинно-патріотическія чувства и стремленія, не могу сказать, чтобы тамъ я нашелъ это лучшее. Помню, это было много лѣтъ тому назадъ, когда мнѣ впервые привелось быть въ Парижѣ и возвращаться оттуда на родину черезъ Петербургъ,-- о, тогда быстрая смѣна впечатлѣній была совсѣмъ не въ пользу родного города. Зданія, казавшіяся прежде громадными и величественными, улицы, казавшіяся людными и парадными, магазины, казавшіеся полными богатствъ и блеска,-- послѣ знакомства съ всемірной столицей, все это представлялось черезчуръ скромнымъ, чтобы не сказать мизернымъ. Теперь контрастъ этотъ мнѣ показался еще болѣе поразительнымъ. Когда же я пробылъ въ Питерѣ нѣсколько дней, да повстрѣчался съ старыми друзьями,-- истинными петербуржцами, да присмотрѣлся къ ихъ "проживанію", наслушался отъ нихъ не мало жалобъ на тоску, уныніе, на гнетущее однообразіе этой обыденной петербургской жизни,-- тогда у меня явилось единственное желаніе,-- какъ можно скорѣе убраться подалѣе отъ этого холоднаго, сѣвернаго гранита и перелетѣть опять сюда, гдѣ столько жизни, блеску, свѣта,--
"Гдѣ всюду гулъ толпы свободной,
Гдѣ такъ привольно, такъ легко..."
Я вовсе не хочу изображать изъ себя парижанина и слишкомъ люблю свою родину, чтобы отрекаться отъ нея или находитъ на родинѣ только печальныя картины, но дѣлаю свои наблюденія просто въ качествѣ хроникера обыденной жизни и нахожу теперь въ Петербургѣ значительное, слишкомъ видимое для каждаго пріѣзжаго "оскудѣніе". Я думаю, что самый невзыскательный Чацкій (все тотъ-же любимый мною герой), и тотъ на моемъ мѣстѣ сказалъ-бы:
..."Что въ нынѣшній пріѣздъ