"Ученье -- вотъ чума, ученость -- вотъ причина".
Или "проектъ" какого нибудь Скалозуба "на счетъ лицеевъ, школъ, гимназій", гдѣ будутъ учить только: "разъ, два", а книги сохранять такъ, "для большихъ акцій"! Фамусовъ и на это не согласенъ, по его мнѣнію:
"Ужъ коли зло пресѣчь:
"Забрать всѣ книги бы, да сжечь"!
Хороша была-бы и наша свобода печати, если-бы главнымъ цензоромъ назначили какого-нибудь Загорѣцкаго, который вдругъ на "басни-бы налегъ" и не пропускалъ-бы ихъ къ печати, потому, что тамъ вѣчныя насмѣшки надъ львами, надъ орлами, которые,
..."Кто что ни говори,
"Хоть и животныя, а все таки цари".
Вотъ какія воззрѣнія были въ то блаженное время, отъ котораго насъ, слава Богу, отдѣляетъ болѣе полувѣка историческаго развитія. Все это, повторяю, такъ чуждо намъ, такъ дико слушать, что по неволѣ начинаешь скучать за этой устарѣвшей архивной пьесой и дослушиваешь ее безъ всякаго интереса. Въ третьемъ актѣ я нашелъ одно только мѣсто, соотвѣтствующее условіямъ нашей жизни,-- это именно споръ о календаряхъ, который рѣшаетъ Хлестова, категорически заявляя:
"Всѣ врутъ календари"!
Вотъ это, пожалуй, и къ нашему времени примѣнимо: все измѣнилось, конечно, за 50 лѣтъ, а календари врутъ по прежнему. Живой примѣръ тому -- знаменитый андріяшевскій календарь.