(Въ вагонѣ).
"Наконецъ я въ вагонѣ!", "поѣздъ мчитъ меня на всѣхъ парахъ..." -- такъ обыкновенно начинаютъ описаніе своихъ странствованій отъѣзжающіе литераторы. Пріѣхавши на мѣсто, г. Суворинъ имѣетъ обыкновеніе писать въ свою га. зету: "другое небо, другое солнце глядятъ въ мое окошко".
Начну свои впечатлѣнія съ исходнаго пункта поѣздки.
24 Августа, въ Кіевѣ мы сѣли въ вагонъ курьерскаго поѣзда ю.-з. и. д., отправлявшагося въ Одессу.
Компанію составляли: я, мой пріятель съ супругой, которую на всѣхъ послѣдующихъ пунктахъ прислуга почему-то величала "персоной", вслѣдствіе чего за нею и оставленъ этотъ титулъ на время всей экспедиціи. Съ нами ѣхала еще одна знакомая молодая дама, которую мы назвали Инезиліей,-- также неизвѣстно почему, ибо хотя она и отличалась миловидною наружностью, но въ ней не было ровно ничего напоминающаго пламенныхъ дочерей Испаніи... Въ дорогѣ какъ-то удобнѣе именоваться псевдонимами, даже и въ тѣхъ случаяхъ, когда бѣжишь отъ близкихъ и знакомыхъ безъ всякой преступной цѣли, а единственно для того, чтобы забыться и отдохнуть отъ всякихъ треволненій и будничной прозы домашней жизни. Мы рѣшились провести нѣсколько времени въ благодатномъ Крыму, въ томъ краѣ, о которомъ писалъ Пушкинъ:
Волшебный край, очей отрада!
Все живо тамъ: холмы, лѣса,
Янтарь и яхонтъ винограда,
Долинъ пріятная краса,
И струй, и тополей прохлада --