Хотѣлъ-бы быть небомъ,
Чтобъ синимъ покровомъ
Тебя отъ людей схоронить!
Хотѣлъ-бы быть Богомъ,
Чтобъ властью и словомъ
Заставить себя полюбить.
Хотѣлъ-бы быть моремъ,
Чтобъ бурной волною
Въ пучинѣ тебя утопить! и т. д.,
Желаніямъ поэта, повидимому, не было конца, да оно и понятно, когда глядишь на безконечное море!... Вечеромъ охотно посѣщается маленькій ялтинскій театръ, гдѣ, въ угоду вкусу публики и вѣянію времени, царитъ гаже вездѣсущая оперетка, подъ дирекціей г. Новикова. При жалкой обстановкѣ и двухъ -- трехъ безголосыхъ хористахъ,-- это, конечно, пародія на оперетку,-- но все это выкупается лицезрѣніемъ своего рода опереточной дивы г-жи Соковниной. Болѣе Эффектную исполнительницу мнѣ рѣдко приходилось встрѣчать на нашихъ сценахъ и мнѣ вполнѣ понятны восторги, вызываемые каждымъ ея появленіемъ на сценѣ въ сердцахъ всѣхъ лѣчащихся и недолѣчившихся.