М и р о в о й с у д ь я. Выслушав уголовное дело по обвинению дворянином Лютостанским еврея А. Цедербаума в оскорблении на письме, я, не касаясь тех отношений, которые существовали у Лютостанского и Цедербаума до 31 августа, и не выходя из рамки обвинения, нашел, что представленное письмо отличается полной вежливостью и не имеет ничего оскорбительного; надпись на конверте, в которой Лютостанский называется протоиереем, не может быть признана оскорбительной, потому что Цедербаум имел справку адресного стола. Переходя затем к письму анонимному, я не нахожу, чтоб оно могло быть признано поводом к обвинению по одному сходству почерка надписи на конверте. Обращая внимание, что при строгом анализе письма, в нем нет тени умышленного оскорбления, а, напротив, письмо исполнено справедливости и достоинства, я нахожу в жалобе Лютостанского недобросовестность, а потому, на основании ст. 119 и 121, постановляю: Цедербаума считать по суду оправданным, а обвинение признать недобросовестным.
[Съезд утвердил приговор мирового судьи, отвергнув только "недобросовестность".]
Опубликовано: Андреевский С.А. Защитительные речи. СПб., 1909.