Миша. Вы, т. председатель, нас извините. Мы и не знали, што вы из ОКРКК, а ежели так, мы уйтить можем. Пойдем, ребята, на собрание.
ПредКК. Вот, вот, побеседуйте там пока с крестьянами, я тоже скоро туда приду.
Володя. Т-только в-вы, т. председатель, н-не верьте ему, ш-што он будет г-говорить. Эт-то т-такая брехала, х-хуже не н-найдешь.
(Все уходят.)
ПредКК (осматривается кругом, потом садится за стол). Т-ак, так... Чего же это, т. Капустин, плохо к вам относятся комсомольцы-то?
Капустин (садится за стол). Это видите ли, т. Головин, благодаря агитации секретаря ячейки Шишорина. Он их против меня травит...
ПредКК. А как вы думаете, т. Капустин, почему это он так скверно к вам относится? Комсомольцев против вас агитирует. Поджог вот у вас сделал. Вы уверены, что это он поджег?
Капустин. Я бы и не хотел этому верить, т. Головин, да ведь комсомольцы говорят, что видели, как он поджег...
ПредКК. Так отчего же он все это делал?
Капустин. Я и сам удивляюсь, т. Головин. Я к нему всегда относился с уважением. Разве от того, что он с моим братом за одной девицей ухаживают. Из-за ревности? Он парень-то будто, так сказать, серьезный. Этого не должно быть...