ПредКК. Ну, а как работник он -- хороший?
Капустин. Работник он, будто, ничего... Молод -- политической установки у него иногда нет, а на практической работе он работает не плохо.
ПредКК. Комсомольцы в заявлении вот пишут, что вы тормозили им в работе по постройке мастерских и организации колхоза. Правда это?
Капустин. Хе-хе-хе. Это просто, так сказать, недоразумение, т. Головин, юношеское легкомыслие... Разве бы им сделать это все без помощи райкома? Райком партии на этом деле все внимание, так сказать, сосредоточил... Мы все силы сюда положили...
ПредКК. Они вот пишут, что среди местных работников развито пьянство, что некоторые из них имеют связь с кулаками. Вы это отрицаете?
Капустин. Да ведь, как вам сказать, т. Головин, оно, возможно, отдельные случаи и были, за всем не уследишь... Но ко всем этого отнести нельзя...
ПредКК. Вы говорите точнее, т. Капустин, были такие случаи или нет?
Капустин. Я лично этого не замечал... Может быть и были... Это нужно...
ПредКК (перебивает). Понятно, понятно. Ну, а как у вас дело с самокритикой обстоит? Они вот пишут, что вы душили самокритику. Что критикующим вы приписывали разные уклоны и даже называли их контрреволюционерами... Были такие случаи?
Капустин. О самокритике мы ставили вопрос, т. Головин, не один раз... Самокритику мы поддерживаем, так сказать, целиком и полностью. Но если кто критикует линию райкома партии, говорит, что райком партии сбился с правильного пути, то тут мы, конечно, в корне, так сказать, такую критику пресекали... Вы сами согласитесь, т. Головин, что дозволить кому-нибудь критиковать линию партии -- это значит совершить преступление! Мы этого не допускали и впредь допускать не будем!