В России с самого начала 1798 г. знали о подготовке во Франции какой-то большой экспедиции, но определить направление её не могли. Очень вероятным казался союз Директории с Турцией, так как Франция в течение ста лет поддерживала союзные отношения с Портой.
Поэтому вторжение французского флота в Чёрное море с согласия Турции и совместное нападение их на русские границы представлялось весьма возможным, что заставляло русское правительство принимать меры предосторожности на юге.
В это время пришли известия, что Порта подготовила флотилию судов и собирается отправить её под видом борьбы с восставшим виддинским пашой Пассван Оглу на Дунай. Там же концентрировалось большое количество войск.
Обеспокоенный этими известиями, Павел I указом от 4 февраля 1798 г. предписал Мордвинову привести Черноморский флот в боевую готовность.
Ф. Ф. Ушакову повелевалось вооружить двенадцать линейных кораблей и больших фрегатов с соответствующим числом вспомогательных судов и быть готовым выйти в море при первом известии о появлении в Чёрном море турецкого флота. Для охраны побережья от Керченского пролива до о. Тендры были посланы крейсерские суда.
Гребной флот также приводился в готовность. Днестровская гребная эскадра под командованием контр- адмирала Пустошкина должна была «оберегать от сюрприза» берега от Одессы до Овидиополя, а эскадра Днепровского лимана — от Одессы до о. Тендры.
С самой ранней весны Ф. Ф. Ушаков готовился встретить противника, с какой бы стороны моря он ни показался.
В начале апреля пришли новые известия, что французская эскадра якобы уже появилась в Мраморном море. 9 апреля Ушаков получил указ Павла I о немедленном выходе в море для крейсирования между Севастополем и Одессой[249].
Через две недели Ушакову приказывалось «стараться наблюдать все движения как со стороны Порты, так и французов, буде бы они покусились войти в Чёрное море или наклонить Порту к какому-либо покушению»[250]. О всех новых данных относительно турецкого и французского флотов Павел требовал от Ушакова немедленных донесении нарочным лично ему в Петербург.
Войска на юге с весны тоже подготовлялись для немедленного похода к границам в случае необходимости[251].