Время не оставило на ней ни малѣйшихъ слѣдовъ; -- кромѣ развѣ только того, что она пополнѣла, сдѣлалась солиднѣе, помолодѣла и похорошѣла. Она говорила объ отсутствіи мужа какъ о предметѣ весьма обыкновенномъ. По при этомъ, только смѣшивала Италію съ Весть-Индіей.

Наконецъ докторъ Боль рѣшился намекнуть на событія ужаснаго Девятаго Іюня. Къ крайнему огорченію, онъ убѣдился, что впечатлѣніе о присутствіи ея мужа при ней въ злосчастный вечеръ того дня, осталось неизгладимымъ. Случилось такъ, что корабль, на которомъ ѣхалъ Джорджъ Дорнли, долженъ былъ придти за нѣсколько дней до девятаго іюня, и добрый старикъ хотѣлъ воспользоваться этимъ случаемъ. Онъ написалъ Джорджу письмо, которое встрѣтило его на пристани, и въ которомъ, сообщая подробный и радостный отчетъ о здоровьи Юсты, изложилъ планъ свой къ окончательному ея излеченію.

Въ это послѣднее девятое іюня, Крукстонскія Ивы озарялись яркими лучами солнца. Угловый Коттеджъ оставался въ томъ самомъ положеніи, въ какомъ оставался сказочный дворецъ Спящей красавицы. Юста по прежнему плела кружева. Ея любящее сердце снова переполнено было надеждой, что желанный гость пріѣдетъ къ ней до назначеннаго часа; и снова нѣсколько разъ обманывалась она въ своихъ ожиданіяхъ, когда по дорогѣ проѣзжалъ какой нибудь всадникъ. Докторъ Боль распорядился, чтобъ сынъ ея провелъ тотъ день въ Крукстонъ-голлѣ, и чтобъ дядя его, избѣгавшій до этого, по совѣту доктора, всякой встрѣчи съ мистриссъ Джорджъ, явился въ Коттеджъ къ концу дня. Для дополненія сцены недоставало только мистриссъ Кальдеръ.

Юста приняла мистера Кальдера Дорнли, какъ приняла своего сына; какъ будто сношенія ихъ никогда не прерывались. Она выразила только,-- но не словами, что его присутствіе было очень не кстати. Девять часовъ приближалось, докторъ Боль, въ маленькой кухнѣ слѣдилъ за кризисомъ съ нетерпѣніемъ и безпокойствомъ почти невыносимымъ. Но вотъ послышался конскій топотъ. Замолкъ. Дверь внезапно распахнулась; кто-то вошелъ въ маленькую гостинную; раздался истерическій крикъ радости; Джорджъ Дорнли и его жена бросились другъ къ другу въ страстныя объятія.

-- Не могу описать вамъ (эту часть исторіи разсказывалъ мнѣ самъ старикъ докторъ) томительнаго страха, который я испытывалъ въ ожиданіи первыхъ словъ со стороны мистриссъ Джорджъ, послѣ перваго порыва радости и душевнаго волненія. Для меня это было хуже того положенія, которое испытываетъ человѣкъ въ ожиданіи приговора жизни или смерти. Но благодареніе Небу! первыя ея слова доказали, что попытка удалась отлично.

-- Значитъ, исчезло и ложное ея убѣжденіе въ присутствіи при ней мистера Джорджа въ роковое девятое іюня? спросилъ я.

-- Совершенно; или вѣрнѣе оно смѣшалось съ дѣйствительной встрѣчей въ это послѣднее девятое іюня. Джорджъ Дорнли, его жена и сынъ путешествуютъ теперь по Италіи.

-- Но какъ же это случилось, что мистеръ Кальдеръ и теперь еще владѣетъ Крукстонскимъ помѣстьемъ?

-- Джорджъ Дорнли не захотѣлъ лишить его права на это владѣніе. Кальдеръ дѣйствуетъ теперь у него въ качествѣ управляющаго. Въ то время, когда послѣдній чуть-чуть не наскочилъ на васъ, когда вы катались верхомъ съ Томасомъ Гоклемъ, онъ осматривалъ, какія можно сдѣлать въ помѣстьѣ улучшенія для пользы брата.

(Household Words).