-- Въ самомъ дѣлѣ?-- спросилъ онъ съ выраженіемъ сомнѣнія въ голосѣ.-- Впрочемъ, чтожъ, я не прочь подружиться съ вами. Но я думаю все-таки будетъ лучше, если я надѣну сапоги. Это будетъ приличнѣе!.
-- Право не знаю. Мнѣ бы самой хотѣлось снять ботинки и походить по травѣ босикомъ. Это должно быть ужасно пріятно.
-- Камни будутъ рѣзать вамъ ноги, лучше не дѣлайте этого. Вы славная дѣвочка, право! Даже Джимъ, и тотъ отвернулся бы отъ меня, еслибъ я вздумалъ босой гулять съ нимъ. Видите, я долженъ сказать вамъ, что я дѣлаю это отчасти для того, чтобы беречь свои сапоги, а отчасти оттого, что мнѣ нравится ходить босымъ.... Да и сапоги то мои очень нуждаются въ бережливомъ къ нимъ отношеніи,-- прибавилъ въ, показывая мнѣ протертыя подошвы и носки своихъ сапогъ.
-- Развѣ у васъ нѣтъ лучшихъ сапогъ?-- спросила я.
-- Кто же мнѣ купитъ ихъ? Ужъ не сэръ ли Рупертъ?
Лицо его на мгновеніе приняло злое выраженіе. Я видѣла, что ему непріятно говорить о сэрѣ Рупертѣ и поэтому перемѣнила разговоръ.
-- Гдѣ вы провели ночь?-- спросила я.-- Мнѣ кажется, должно быть очень интересно проводить ночь въ горахъ. Вѣроятно вы остались тамъ изъ за грозы?
-- Нѣтъ,-- сказалъ Пирсъ.-- Я часто ночую на открытомъ воздухѣ въ хорошую погоду. Не разъ также я возвращался домой, вымокшій до костей, подъ проливнымъ дождемъ. Но теперь было не то. Одинъ изъ моихъ пріятелей заболѣлъ, ну я и остался при немъ эту ночь. Видите ли, онъ очень старъ и всякій разъ, когда я ухожу отъ него, мнѣ кажется, что я уже не застану его въ живыхъ, когда вернусь.
-- Отчего онъ боленъ?
-- О, отъ разныхъ причинъ! Онъ уже старикъ, а голодъ и вѣчный страхъ, что ему нечѣмъ будетъ заплатить аренду сэру Руперту, и мысль о томъ, что станется съ его дѣтьми, когда онъ умретъ, подтачиваютъ его силы. Дѣло въ томъ, что его семья уже получила увѣдомленіе, что она должна покинуть свое жилище, ну а куда же они пойдутъ?