-- Быть можетъ, сэръ Рупертъ пріѣзжаетъ сюда для того, чтобы сдѣлать всѣхъ счастливыми, какъ это бываетъ въ сказкахъ. Дурные люди подъ конецъ раскаиваются и становятся хорошими,-- замѣтила Маргарита.
-- Развѣ это бываетъ? усумнился Пирсъ.
-- Сверхъ того, можетъ быть съ нимъ пріѣдетъ Джимъ, а онъ вѣдь славный мальчикъ,-- продолжала Маргарита.
Я боязливо посмотрѣла на Пирса. Мнѣ было бы очень грустно, если бы Пирсъ выразилъ неудовольствіе по поводу пріѣзда Джима, который былъ въ качествѣ наслѣдника сэра Руперта, находился въ гораздо лучшемъ положеніи, нежели Пирсъ.
-- Да, Джимъ славный малый,-- сказалъ Пирсъ,-- но если онъ пріѣдетъ сюда, то сэръ Рупертъ не позволитъ ему водить со мною компанію. И онъ также не сможетъ помѣшать изгнанію фермеровъ.
Съ этого дня мы только и говорили, что о пріѣздѣ сэра Руперта. Наконецъ мы узнали, что онъ пріѣхалъ въ Гленнамуркъ, въ сопровожденіи цѣлой свиты слугъ и множества всякихъ запасовъ. Спустя нѣсколько дней получено было приглашеніе обѣдать въ замкѣ. Сэръ Рупертъ звалъ не только отца, но и насъ дѣтей.
Это приглашеніе привело насъ въ сильное волненіе. Мы не знали, какъ сэръ Рупертъ будетъ вести себя съ Пирсомъ которому, пожалуй, не позволитъ участвовать въ обѣдѣ. Только одна Маргарита была довольна и увѣряла насъ, что она непремѣнно постарается пробудить добрыя чувства въ душѣ дядюшки и расположить его въ пользу Пирса и жителей Гленмалорка.
Былъ темный ноябрьскій вечеръ, когда мы пріѣхали въ Гленнамуркъ. Такъ странно было видѣть освѣщеннымъ старый мрачный замокъ, блиставшій теперь огнями. Всѣ парадныя комнаты были открыты и приведены въ порядокъ по случаю пріѣзда хозяина, но все таки онѣ оставались такими же мрачными, какъ и прежде, несмотря на свое убранство и освѣщеніе.
Сэръ Рупертъ ожидалъ насъ на порогѣ и очень любезно поздоровался со всѣми нами, но я главнымъ образомъ обрадовалась тому, что увидала Пирса съ Джимомъ.
По окончаніи обѣда мы удалились въ маленькую гостиную, куда намъ подали дессертъ, а отецъ съ сэромъ Рупертомъ остались въ столовой. Когда служанка, принесшая намъ дессертъ, вышла, Джимъ вскричалъ: