Рам Дасс и секретарь вскоре удалились - к превеликой радости Мельхиседека, которому их тихие речи казались не очень понятными, а потому зловещими. Молодого секретаря все занимало: камин, пол, шаткая скамеечка, столик, стены, которые он даже потрогал рукой. Обнаружив, что в стену кое-где вбиты гвозди, он явно обрадовался.
- На них можно будет что-то повесить, - сказал он Рам Дассу.
Тот загадочно улыбнулся.
- Вчера, пока ее не было, - отвечал он, - я влез сюда, захватив с собой небольшие острые гвозди, которые входят в стену без молотка. Я их повсюду, где нужно, натыкал. Они готовы.
Наконец секретарь обвел глазами комнату и спрятал блокнот в карман.
- Что ж, я, кажется, все записал, - сказал он. - Можно идти. У Кэррисфорда-сахиба доброе сердце. Как жаль, что он не может найти пропавшую девочку!
- Если б он нашел ее, силы вернулись бы к нему, - заметил Рам Дасс. - Возможно, его Бог еще поможет ему найти эту девочку.
Затем секретарь и Рам Дасс выскользнули в окно так же бесшумно, как проникли в него. Убедившись, что они ушли, Мельхиседек облегченно вздохнул и, рискнув через несколько минут вылезти из норки, забегал по полу в надежде на то, что даже такие страшилы, как эти двое, могли принести несколько корочек и бросить одну-другую на пол.
Проходя мимо соседнего дома, Сара увидала, что Рам Дасс закрывает ставни в знакомую ей комнату.
'Давно я не была в приятной комнате, - подумалось ей. - Только смотрю на них в окно'.