- Не похоже, чтобы она была очень голодна, - шепнула Лавиния Джесси. - Ты только посмотри на нее. - И со злорадным смешком добавила: - Возможно, она воображает, что съела хороший завтрак.
- Она не такая, как все, - сказала Джесси, глядя на Сару. - Иногда я ее немного боюсь.
- Какая ерунда! - вскричала Лавиния.
Весь этот день свет не покидал Сариного лица, а румянец - ее щек. Служанки перешептывались, с удивлением поглядывая на нее, а в голубых глазках мисс Амелии застыло полнейшее недоумение. Она не могла взять в толк, как можно иметь такой веселый и вызывающий вид, когда на тебя сердится сама мисс Минчин. Впрочем, это так похоже на Сару! Она всегда была на удивление упрямой. Верно, она решила не признавать высочайшей немилости.
Обдумывая все, что произошло в ту ночь, Сара решила, если удастся, держать чудо в тайне. Конечно, если мисс Минчин снова поднимется на чердак, все будет раскрыто. Впрочем, в течение какого-то времени это им не грозит, если только у мисс Минчин не возникнет подозрений. За Эрменгардой и Лотти будут по вечерам так строго следить, что они не осмелятся снова покинуть свои спальни. Эрменгарде можно довериться - она не выдаст. Если же на чердак придет Лотти, нужно будет просить ее сохранить тайну. Возможно, Волшебство придет им и здесь на помощь.
'Но что бы ни случилось, - говорила себе Сара, - что бы ни случилось, теперь я знаю, что где-то есть человек небесной доброты и он мне друг. Да, он мой друг! Если я никогда не узнаю, кто он… если никогда не смогу даже поблагодарить его… все равно, я никогда не буду такой одинокой, как прежде. Да, это волшебная доброта!'
В этот день погода выдалась, если только это возможно, еще хуже, чем накануне, - на улице было еще холоднее, дождь лил еще сильнее, а грязь еще больше развезло. Сару снова посылали из дома с бесконечными поручениями; кухарка совсем разбушевалась и, зная, что Сара в немилости, бранила ее пуще прежнего. Но какое все это имеет значение, если у тебя есть волшебный друг? Ночной ужин придал Саре сил; она надеялась хорошо выспаться в теплой постели; и хотя к вечеру она, как и следовало ожидать, проголодалась, она помнила, что к следующему утру срок ее наказания истечет и она сможет позавтракать. Было уже поздно, когда ей разрешили уйти к себе. Мисс Минчин распорядилась, чтобы она занималась в классной до десяти часов вечера, но она увлеклась и засиделась над книгами.
Поднявшись по лестнице, Сара остановилась перед дверью на чердак; признаться, сердце громко стучало у нее в груди.
- Конечно, там, может статься, ничего уже нет, - прошептала она, бодрясь. - Возможно, все это было мне послано лишь на одну ночь - на ту ужасную ночь! Но все это было мне послано - у меня это было! Это был не сон!
Она распахнула дверь. Переступив порог, она тихо охнула и, притворив дверь, прислонилась к ней, оглядывая комнату.