— Что ты спишь или пьян, что не узнаешь меня и герб нашего владельца!.. Он едет за нами. Отворяй ворота!
— Ах, это ты, Рудольф! а я тебя и не узнал, — проговорил заспанный часовой.
Один из воинов, ехавший за первым следом, ударил лошадь шпорами. Она поднялась на дыбы и понесла его вперед. В одно мгновенье он очутился у стены первого укрепления и начал трубить в охотничий рог. Все люди в замке встрепенулись, и пошла страшная суета. Пажи соскочили с своих постелей, наскоро оделись и становились по обеим сторонам лестницы.
Среди блестящей свиты, имея по правую сторону герцога Эриха, по левую герцога Оттона фон Люнебург, въезжал в свой замок dominus Эйлард. За ним следовали граф Галланд, герцоги, рыцари и рать из тысячи двухсот датчан, которая собралась в замок для приготовления к предстоящему сражению.
В этой свите было много красивых и блестящих молодых людей, но все они бледнели в сравнении с рыцарем, несшимся среди них на вороном коне в кольчуге из миланской стали. На его голове красовался шлем, окованный золотом, из под которого падали на плечи белокурые локоны. Тонкие аристократические черты его выражали благородство, мужество и отвагу. Видно было, что качества ума и сердца сочетались в нем в совершенстве, составляя его духовную красоту, к которой присоединялась и привлекательная наружность.
Каждый маленький паж, которого приводили к нему на обучение в замок, спрашивал своего товарища:
— Заметил ли ты его лицо? Оно запечатлелось в моей памяти; к нему влечет какая-то притягательная сила. В его чертах сквозит его редкая душа, его духовная красота, и среди самой блестящей знати он кажется месяцем среди звезд, рассеянных по небу в темную ночь.
Пажи сравнивали его с Богом света, Бальдером, о красоте и доброте которого повествовали древнегерманские саги.
При въезде именитых гостей в замок началась суета; некоторые слуги спускались бегом с лестницы замка и начали снимать с гостей оружие, а также взяли и их лошадей.
Владелец замка первый слез с лошади и предложил руку герцогу Эриху, который оперся правою рукою на его руку. Остальные графы и герцоги следовали за ними. Хозяин дома ввел гостей в зал чести, на каменном полу которого красовался ковер; на нем были рассеяны живые цветы и зеленые ветки. Двери, ниши и стены были завешаны коврами; запах цветов распространялся по всем комнатам.