— Не бойся, наш враг уехал из моего замка. Спи спокойно, завтра мы уедем в Рюген. Венчание наше отменено здесь. Мы будем венчаться на острове. Как только приготовления наши будут сделаны, мы выедем отсюда.
Рингильда обняла его и, поцеловав, сказала:
— Будем молиться вместе, чтобы Бог нас спас и был бы всюду с нами.
Совершив краткую молитву на коленях и крестное знамение, все трое присутствующих встали.
— Я буду готовиться к исповеди, — сказала Рингильда, — дай знать капеллану, что я хочу приобщиться Св. Таин завтра утром; а теперь прощай, — сказала Рингильда, перекрестив и поцеловав жениха. — Отдохни, да ниспошлет на тебя Ангел Хранитель сладкий сон! Когда я устану молиться, то также вздремну немного! До свидания, милые мои друзья! Покойной ночи!
Когда молодая девушка заперла за ним двери и осталась одна в своей комнате, ей опять стало страшно.
— Я предчувствую, что герцогиня меня не выпустит из своих рук, такая коварная и злая женщина может мне наделать много зла!
Рыцарь dominus Эйлард казался только спокойным; но и он опасался герцогини.
Ночью все было тихо в замке, белые постройки освященные луной бросали тени на землю. Все люди в нем уснули, как под магическим жезлом волшебницы. Один солдат на карауле ходил взад и вперед по валу, другой вооруженный стоял на башне и глядел на своего собеседника — единственное живое существо, которое вместе с ним охраняло спокойствие своих хозяев.
Солнце начало выкатываться на горизонт и осветило фундамент и нижние окна зданий. «Через несколько минут караул придет мне на смену», — думал часовой. Он начал прислушиваться, ему показалось, что издали он услышал конский топот. Он приложил ухо к земле. Действительно, это были всадники, которые приближались к нашему замку. Наконец, он различил издали вооруженных всадников и между ними монахов. Часовой ударил в набат, и все в замке вдруг начало оживать, и через четверть часа вся рать рыцаря Эйларда и пажи были уже в седлах. На коне несся сам властелин замка.