Герцогиня стала ходить взад и вперед по комнате молча, как лютый зверь в своей клетке. Ее любовь к рыцарю Эйларду превратилась в ненависть. Если бы это было возможно, то она убила бы его на месте. Она остановилась перед рыцарем и сказала ему.
— Рингильда никогда не будет женой рыцаря Эйларда. Герцогиня фон Люнебург довольно мощна и влиятельна в совете королей и духовенства, чтобы этого не допустить. — Кивнув ему головой, она добавила: — Ты не подозреваешь, что мы скоро с тобою увидимся. Может быть, счастие тебе изменит и победа не всегда будет на твоей стороне.
— Господь спасал меня не раз в сражениях. Он спасет меня и ныне. Высокочтимая герцогиня, я не боюсь вашего гнева! — возразил ей Эйлард и проводив ее за дверь, запер ее на ключ, боясь ее возвращения.
«Я завтра же уеду в Рюген с Альбертом и Рингильдой, — думал рыцарь. — Там я поставлю вооруженную рать на берегу, и на этом острове мы можем быть спокойны».
Он направился на половину Рингильды и тихонько постучался у ее двери.
Рингильда знала его походку, она подошла к двери и спросила его: кто там?
— Твой друг, — ответил ей мощный, знакомый голос.
Рингильда отворила дверь и бросилась ему на встречу.
Она прильнула к его груди, и все ужасное и горькое, что накипело в ее сердце, облегчилось слезами.
Он обнял ее и сказал: