-- Я подожду ее,-- объявила неугомонная Ласточкина.
-- Ты знаешь, chère enfant, мы тебя атакуемъ!-- встрѣтила ввучку Марья Львовна, когда та, возвратясь, вошла въ гостиную:-- мы двѣ союзныя державы,-- указала она на Ласточкину, глаза которой съ мольбой были устремлены на Ненси,-- и мы тебя атакуемъ!
Бабушка разсказала, въ чемъ дѣло. Ненси попросила дать ей прочесть пьесу.
-- Прочтите, прочтите!.. Она коротенькая, а я подожду, пока вы прочтете... я подожду, подожду!-- трещала Ласточкина.
Ненси не только не испугалась, а напротивъ, обрадовалась роли. Она съ жадностью ухватилась за мысль, что это дастъ ей возможность уйти отъ ея мучительнаго душевнаго состоянія.
И она сразу всецѣло окунулась въ лихорадочную сутолоку приготовленій къ спектаклю: учила роль, заставляла Марью Львовну, чтобы провѣрить выученное, спрашивать себя по нѣскольку разъ въ день, съ увлеченіемъ ѣздила на репетиціи и по цѣлымъ часамъ совѣщалась съ бабушкой о костюмахъ.
Марья Львовна восхищалась ею и увѣряла, что у нея -- талантъ; на репетиціяхъ всѣ ее хвалили, и Ласточкина захлебывалась отъ восторга, хотя тутъ же прибавляла:
-- Боюсь, будутъ промахи, непремѣнно будутъ! Но она такъ молода и красива, и притомъ играетъ только въ первый разъ!..
Бабушка ожила. Она присутствовала на всѣхъ репетиціяхъ и готовилась поразить городъ богатствомъ и изяществомъ туалетовъ своей "enfant chérie".
Нельманъ, въ качествѣ директора "Кружка", въ помѣщенія котораго шли репетиціи (спектакль предполагался въ городскомъ театрѣ), держалъ себя очень важно и былъ начальнически строгъ, устроивая постоянныя баталіи съ Ласточкиной изъ-за освѣщенія.