-- А нужду добывать!-- шутливо откликнулся высокій, худощавый старикъ.
Въ единственное широкое отверстіе товарнаго вагона тѣснились женщины, съ грудными дѣтьми, и подростки, съ любопытствомъ глазѣвшіе на пассажировъ; мужики посолиднѣе предпочитали лѣниво лежать въ темной глубинѣ вагона.
-- А онъ не безъ остроумія, этотъ русскій народъ,-- сказалъ Эсперъ Михайловичъ, вспоминая отвѣтъ мужика, когда товарный поѣздъ медленно поползъ дальше.
На станціи, отъ которой имѣніе Марьи Львовны отстояло въ тридцати верстахъ, ожидали пріѣхавшіе удобные экипажи, нѣсколько стариннаго образца, и встрѣтилъ самъ управляющій, Адольфъ Карловичъ. Онъ очень суетился, безтолково болтался между вещами и прислугой, и, забравъ наконецъ безчисленныя картонки со шляпами, помчался впередъ, чтобы встрѣтить хозяевъ у воротъ ввѣреннаго его попеченію имѣнія.
-- Не скажу, чтобы этотъ способъ передвиженія былъ мнѣ особенно по вкусу, даже при извѣстномъ комфортѣ,-- замѣтила Марья Львовна, когда экипажи двинулись въ путь.
Дорога, по которой они ѣхали, не изобиловала красотами природы: однообразныя, безконечныя поля, кой-гдѣ мелкій кустарникъ, низкорослое, корявое деревцо, овражекъ, съ пересохшимъ русломъ весенняго ручья и опять все та же безграничная, необозримая степь. Изрѣдка попадались то русскіе, то татарскіе поселки, такъ какъ населеніе въ этой полосѣ Россіи было смѣшанное.
Солнце начинало сильно припекать, и путешественники рѣшили сдѣлать привалъ. Они остановились у самой крайней избы небольшой русской деревни. Изба стояла на выѣздѣ, и въ ней примыкалъ ровный, красивый лужокъ, недавно выкошенный, особенно пріятно ласкавшій главъ своею зеленью.
День былъ праздничный. По единственной деревенской улицѣ разгуливали дѣвушки и парни, сидѣли на завалинкахъ мужики и бабы. Нѣкоторые снимали шапки и кланялись при встрѣчѣ съ сидящими въ экипажахъ. Путешественники вошли въ избу напиться чаю.
Изба была просторная и раздѣлена на-двое ситцевой занавѣской, но пахло въ ней чѣмъ-то кислымъ. Изъ-за занавѣски раздавался жалобный пискъ, похожій на мяуканье больного котенка. Мужикъ досталъ большой, тусклый, нечищенный самоваръ и отправился съ нимъ въ сѣни. Въ растворенную дверь набралась цѣлая куча черноволосыхъ, русыхъ, бѣлобрысыхъ, загорѣлыхъ ребятишекъ, а впереди всѣхъ вылѣзла хорошенькая, смуглая дѣвочка, лѣтъ семи, съ туго заплетенными косичками и большими, глубокими голубыми глазами.
-- Elle est bien gentille, cette petite mignonne,-- воскликнула Сусанна.-- Поди сюда, поди сюда!..-- звала она дѣвочку.