22 Июня
Ноги сегодня болят ужасно. Поездил вчера в летних панталонах и натер себе ноги, чуть ли не до крови об эти поганые чухонские седла. Утро прошло<,> как и остальные утра. Уроки и игры.
Вот и обед, чай... Затем я отправился в город с В<ладимиром> И<змайловичем>. Всю дорогу мы беседовали: сначала об уроках<,> которые он давал прежде<,> и о затруднениях<,> которые испытывает магистрант в педагогич<еской> карьере. Затем разговор перешел на народное образование, на нужды России. Наряду с мыслями здравыми, насчет неудовлетворительности нашего Мини<стерства> Нар<одного> Просв<ещения> (впрочем<,> это обусловливалось тем, что ему там не повезло)<,> встречались и такие штуки, что мужика не надо учить ничему<,> кроме грамоты и счета, п<отому> ч<то> иначе Россия будет терять рабочие руки, или что русская наука должна быть изолирована от других<,> что в этом залог ее лучшего будущего, а иначе иностранцы нам подгадят. Скажите! Очень много наши "собственные Платоны, да быстры разумом Ньютоны" поделают. И это человек 32-33 лет проводит такие мысли. Нет, положительно, нет воздуху вне нигилистической среды...
Урок дал и без всяких сторонних разговоров вернулся, купив бумаги<,> на вокзал. Здесь встретил Фортунатова. Вот уж истинно дуракам счастье. С 1-го Августа утверждается на месте<,> а до тех пор имеет уроки по 4 р. за 1 1/2 ч. ежедневно!!
Приехав<,> пил чай, после читал
A. Ч.> под музыку: играли Аррагонскую хоту и Дм<итрия> Холмского -- Глинки, Жирондистов Литтольфа, Ungarische Rhapsodie Liszt и Ungar Marsch Schubert'a. Последний по моей просьбе.
Некоторые имена и реалии, упомянутые в публикуемом фрагменте, нуждаются в комментарии.
Владимир Измаилович Срезневский, более всего известный как один из виднейших судебных российских статистиков, после окончания С.-Петербургского университета по историко-филологическому факультету был преподавателем русской словесности в одной из столичных мужских гимназий и в Смольном институте, а с 1876 по 1883-г. служил секретарем Императорского Русского Географического общества; редактировал "Известия" этого общества, где им было напечатано немало собственных работ.
Фортунатов Иван Васильевич (1854-?), окончив в 1874 г. 6-ю С.-Петербургскую гимназию, в том же году поступил на историко-филологический факультет Императорского С.-Петербургского университета и в 1879 г. получил "Свидетельство", датированное 24 апреля и удостоверяющее, что он "выслушал полный курс по Историко-филологическому факультету и показал на испытаниях следующие познания: в Греческой Словесности, Русской Словесности, Сравнительной Грамматике и Истории Всеобщей Литературы -- отличные, в Философии, Римской Словесности, Славянской Филологии и Немецком Языке -- хорошие, в Богословии, Русской Истории, Всеобщей Истории -- достаточные, за которые Историко-филологическим Факультетом признан достойным звания Действительного Студента и на основании 4 пункта § 42 общего устава Российских университетов, утвержден в этом звании Советом Университета 22 Января 1879 года" (см. его личное университетское дело: ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3. No 18294. Л. 1, 3, 31).
Из произведений основоположника русской классической музыки Михаила Ивановича Глинки (1804-1857) Анненским упомянуты переложение для фортепиано в четыре руки "Арагонская хота" (1845 г.) и музыка к драме Н. Кукольника "Князь Холмский" (1842 г.).