Когда тростинка легкая умрет
и станет в лес огромного органа,
благословенной медью запоет
ее сквозная мыслящая рана.
И сберегут ларцы бесценных книг
все те лучи, что здесь зеницу грели...
Все так, все так! Перелистай дневник
певца живой, разбившей лед форели.
"Мне не хотелось в Царское --
такой дождливый день. Сбежав, перекусили