Царское Село, 13.07.1906
13/VII 1906
Ц.С.
Дорогая Нина Петровна,
Не знаю, что Вам и отвечать1. Разумеется, детишек мы пристроим. Пусть Ника2 держит свой экзамен, и, главное, выдерживает его -- если Вы не хотите оставить его на второй год, что было бы, может быть, практично, в виду перехода в новую учебную обстановку. Тяжелее вопрос с Олечкой3. Напрасно я искал в Вашем письме некоторых важных деталей, особенно -- отметки в поведении. Что там написано -- хорошего, отличного? или еще какое-нибудь слово. Напишите мне об ее отметках вообще, тогда я поговорю с Покровской гимназией4. Это ведь наша единственная soi-disant5 казенная, т<о> е<сть> дешевая гимназия. Но знаете, дорогая, серьезно: ведь я не верю, что Вы приедете, -- раз дело пошло уже на затяжку, а отговорщики тем временем не дремлют. Вы пишете -- Нику в реальное училище, да еще в такое, чтобы близко от Галерной. Это трудно устроить, т<ак> к<ак> у нас три реальных училища казенных6, и все от Галерной не близко. Но ведь он может перейти и в гимназию, на этот год курсы еще не различаются. В гимназии я уже удочку забросил...7 Но, повторяю, не приедете Вы, Нина...
А какие ночи в саду у Эбермана8. Сейчас я кружил по аллеям, кружил, кружил -- пишу Вам, а волосы мокрые. Странная ночь, чудная. Светло, а не знаешь, откуда свет... Тихая, нежная ночь -- небо все в тучах с меховой оторочкой -- знаете, такой вылезший мех, желтый -- а между тем и небо светит... На поворотах сплелись ветки и по листам шумит дождик, шумит, чтобы томить, такой же не жаркий и не холодный, как это сердце, теплый, темный, знакомый только листам да иглам, да тому еще, кто под ним томится, и у кого волосы мокрые, и кто смотрит на просветы неба мимо меховой оторочки светящихся облаков... Ну что Вам сказать? Трагедия движется -- половина есть9.
Ваш И. А<нненский>
Печатается впервые по тексту автографа, сохранившегося в фонде И. Ф. Анненского (РО ГЛМ. Ф. 33. Оп. 1. No 3. Л. 1-2об.).
Бегичева (урожденная Лесли) Нина (Анна) Петровна (1869-1942) -- одна из духовных конфиденток Анненского в последние годы его жизни, дальняя родственница его жены, родная сестра О. П. Хмара-Баршевской.
В поле зрения анненсковедов письма Анненского к Бегичевой, очевидно с подачи В. Анненского-Кривича, попали достаточно рано, о чем уже в 20-е гг. XX в. она сама сообщала в недатированном письме к журналисту, прозаику, театроведу, режиссеру, педагогу, автору газетной статьи, посвященной жизни и наследию Анненского (см.: Сахновский Вас. Литературные заметки. Пропущенная годовщина // Голос Москвы. 1914. No 300. 31 дек. С. 2), и одновременно соседу и давнему знакомцу по ст. Дорогобуж, другу всех трех сестер Лесли В. Г. Сахновскому: "Вася, знаете ли Вы, что в Москве есть кружок изучающих творчество И. Ф. Анненского, интересующихся его личностью и собирающихся издать воспоминания о нем. Они просили прислать письма его. Оля осенью ездила в Питер, видела там сына покойного<,> и он это говорил и просил меня об этом. Разузнайте<,> пожалуйста<,> и напишите мне<,> кто стоит во главе этого кружка, охарактеризуйте и напишите адрес. Я сначала несколько колебалась<,> исполнить ли эту просьбу, ведь письма <--> это ведь нечто интимное, имеем ли мы право так поступать, ведь чтение чужих писем -- преступно, может быть<,> относительно выдающихся личностей -- надо применять другие мерки? Что Вы на это скажете? Ведь напечатана же переписка Толстого, Чехова и др.? Письма Инн<окентия> Фед<оровича> <--> это такая красота, что<,> пожалуй<,> несправедливо не поделиться с друзьями?" (Музей МХАТ. Фонд В. Г. Сахновского. No 8432. Л. 2об.-3).