О выполнении моей задачи я судить, конечно, не могу. О стиле распространяться также едва ли стоит. Каков есть. Я живу давно, учился много и теперь все еще и постоянно учусь, и, наконец, я печатаюсь более двадцати лет. Трудно при таких условиях не выработать себе кое-каких особенностей в слоге. Но я хочу сказать несколько слов о замысле, о самой концепции статьи.
Я поставил себе задачей рассмотреть нашу современную лирику л_и_ш_ь э_с_т_е_т_и_ч_е_с_к_и, как один из планов в перспективе, не считаясь с тем ж_и_в_ы_м, т_р_е_б_о_в_а_т_е_л_ь_н_ы_м настоящим, которого она является частью. Самое б_л_и_з_к_о_е, самое д_р_а_з_н_я_щ_е_е я намеренно изображал п_р_о_ш_л_ы_м или точнее б_е_з_р_а_з_л_и_ч_н_о-п_р_е_х_о_д_я_щ_и_м; традиции, credo, иерархия, самолюбия, завоеванная и оберегаемая позиция,-- все это н_а_с_т_о_я_щ_е_е или не входило в мою задачу, или входило лишь отчасти.
И я не скрывал от себя неудобств положения, которое собирался занять, трактуя литературных деятелей столь независимо от условий переживаемого нами времени. Но все равно. Мне кажется, что современный лиризм достоин, чтоб его рассматривали не только и_с_т_о_р_и_ч_е_с_к_и, т<о> е<сть> в целях оправдания, но и э_с_т_е_т_и_ч_е_с_к_и, т<о> е<сть> по отношению к будущему, в связи с той перспективой, которая за ним открывается. Это я делал -- и только это.
Все вышеописанное, впрочем, pro domo.
Хотя и считаю свою задачу строго аполлонической, но, в виду того, что это -- лишь мое мнение, да и выполнение могло замысел мой не оправдать, я прошу Вас, многоуважаемый Сергей Константинович, напечатать в "Аполлоне", во избежание дальнейших недоразумений, что редакция лишь д_о_п_у_с_к_а_е_т мою точку зрения, но вовсе не считает ее р_е_д_а_к_ц_и_о_н_н_о_й,-- если, конечно, Вы найдете возможным это сделать.
Примите уверение в совершенном моем почтении и преданности
Ин. Анненский.
При публикации письма в журнале его текст был сопровожден следующим редакторским примечанием:
Охотно покоряюсь желанию Ин. Ф. Анненского. Наша публика (нужно ли говорить о прессе?) еще плохо воспринимает тон независимой, резко-индивидуальной критики. Статью Ин. Ф. Анненского многие (надо надеяться -- не все!) прочли, как редакционное profession de foi. Отсюда -- все недоразумение. В остроумных характеристиках Ин. Ф. Анненского особенно ценно то, что он невольно говорит о самом себе... Вообще, в "Аполлоне" нет и не будет "редакционных", "руководящих" и т<ому> п<одобных> статей (все общее указано в кратком неизбежном "вступлении"). Да и нужны ли эти редакционные рагу? От них только скучно.
Ред.