Ред. журнала "Аполлон", Мойка 24
Дорогой Иннокентий Федорович,
Каюсь в моем малодушии. Третьего дня я был так измучен многими волнениями, что у меня не хватило духу сказать Вам о том, что
Ваши стихи, уже набранные и сверстанные, все-таки пришлось отложить -- как Вы этого опасались. И теперь мне очень совестно, т<ак> к<ак> нарушить слово, сказанное Вам, мне особенно больно. Одно время я думал даже поступиться стихами Черубины (приходилось ведь выбирать: или -- или), но "гороскоп" Волошина уже был отпечатан... и я решился просто понадеяться на Ваше дружеское снисхождение ко мне. Ведь для Вас, я знаю, помещение стихов именно в No 2 -- только каприз, а для меня, как оказалось в последнюю минуту, замена ими другого материала (бесконечный Дымов, Рашильд, поставившая условием -- напечатание ее рассказов не позднее ноября, "Хлоя" Толстого -- единственная вещь с иллюстрациями) повлекла бы к целому ряду недоразумений. А допечатывать еще пол-листа (мы уже и так выходим из нормы) Ефроны наотрез отказались. В то же время, по совести, я не вижу, почему именно Ваши стихи не могут подождать. Ваша книжка еще не издается, насколько мне известно; журнал же только дебютирует. Ведь, в конце концов, на меня валятся все шишки! С составлением первых NoNo бесконечно трудно. Каждый ставит свои условия, обижается за малейшую перемену решения. Но фактически ни один журнал и ни один редактор не может, при самом искреннем намерении, оставаться непоколебимым в принятом решении. Столько чисто технических соображений, которые всплывают непрестанно и которым нельзя не покориться. Статья Ваша о современном лиризме<,> напр<имер,> вышла гораздо длиннее, чем я предполагал: ведь мы думали уместить ее в двух NoNo, а она разрослась на три, да еще без последней части. Дымов вместо обещанных 5-6 листов дал около 8 и т<ак> д<алее>.
Еще раз прошу Вас великодушно простить мне и невольную измену слову, и трусливое умолчание о перемене в прошлый раз.
Искренне Ваш
Сергей Маковский
1 Представление о том, тексты каких именно стихотворений Анненского готовились к публикации во втором номере "Аполлона", дает фрагмент отложившихся в фонде Волошина (РО ИРЛИ (ПД). Ф. 562. Оп. 6. No 106. Л. 1-4) гранок упомянутого Маковским наборного текста стихотворений Анненского с пометой неустановленного лица: "Запас".
В их составе полный текст "Трилистника из старой тетради" ("Тоска маятника", "Картинка", "Старая усадьба") (Л. 1), фрагмент "Трилистника соблазна" ("Маки в полдень" и часть (первые две строфы) стихотворения "Смычок и струна" <так.-- А. Ч.>) (Л. 2), а также полный текст стихотворений "Баллада", "Маки", снабженного подзаголовком "(Из трилистника соблазнов)" (Л. 3), и "Невозможно" (Л. 4).
Надо отметить, что неправленая корректура этих произведений, не лишенная очевидных опечаток, в некоторых частностях имеет отличия от текстов, опубликованных в составе "Кипарисового ларца".