-- А вѣдь въ письмахъ-то другое писано?
-- Чего тамъ письма!.. Это все, чтобы самимъ назадъ возвратиться... Письмами заманятъ, затащатъ туда, а тамъ и плачутся -- "отвезите назадъ". Нашего брата кто не обманетъ...
-- Далеко ли вы дошли?
-- Да передъ Оренбургомъ, на двадцать на восьмой верстѣ, насъ добрые люди-то встрѣтили, разговорили... Какъ они думки-то наши разбили,-- мы и не знаемъ, куда идти... Пошли въ Оренбургъ, посылали людей къ губернатору, земли просили.. Три раза просили -- отказано.-- "Земли, говорятъ, нѣту, а арендуйте участки у владѣльцевъ и живите..." А у насъ и денегъ-то не было ужъ ни копѣечки..
-- Такъ всѣ и вернулись?
-- Гдѣ всѣ! Разбрелись, какъ мухи. Намъ еще раньше люди говорили:-- "Разбредетесь вы, говорятъ, какъ мухи, растеряетесь невѣдомо гдѣ!.." А мы не вѣрили -- какъ можно! Всѣ, молъ, 58 семей въ одно мѣсто безпремѣнно сядемъ. А, однако, на самомъ-то дѣлѣ и вышло, что разбрелись... Какъ перешли Волгу, такъ и пошло: то одинъ отстанетъ, то другой,-- и что дальше, то больше подводъ стало отставать... Поразспроситъ встрѣчнаго съ Урала, испугается и отстанетъ... Такъ всѣ и расползлись, измаялись, разорились. Какъ туда шли, по 80 к. за паромъ черезъ Волгу съ подводы платили, а оттуда ужъ Христовымъ именемъ перевезли... Ошибка, однимъ словомъ, вотъ какая,-- въ вѣкъ не изжить! Хоть живы-то воротились -- и то слава тебѣ, Господи!
Черезъ день, черезъ два встрѣчаю и другого такого же горемыку; почти слово-въ-слово разсказалъ онъ мнѣ то же, что и первый, но закончилъ свой разсказъ не только благодарностью Богу за счастіе возвращенія домой, а присовокупилъ къ нему нѣкоторое собственное соображеніе.
-- Что намъ на Уралъ шляться! Не надо намъ этого... Это только одно разоренье. А думаемъ мы, что и здѣсь Господь надъ нами смилуется...
-- Какимъ образомъ?
-- А сказываютъ такъ, что будетъ на арендаторскія земли не семьдесятъ пять копѣекъ налогу, какъ теперь, а по десять рублей на десятину... Вотъ тогда арендаторы-то и должны бросать земли, а мы ихъ подберемъ!