Слова эти глубоко задѣли Шмуэля. Что это за вопросы? Что онъ, издѣвается надъ нищетой, что ли? Но Шмуэль и здѣсь не показалъ виду, что онъ задѣтъ, и отвѣтилъ спокойно и равнодушно.
-- Что значитъ: "что я думаю?" Забываю!-- нѣтъ, не забываю. Но, какъ это сказать... Слава Богу, дѣвушка, хозяйка въ домѣ... чего торопиться... И что тамъ? Ей всего 19 лѣтъ.
-- Ну, ну, разсказывай сказки!-- перебилъ его ребъ Волфъ.-- "Чего торопиться." Но, съ другой стороны, какъ же тебѣ иначе говорить? Говоришь, какъ отцу слѣдуетъ говорить... Ну "л'хаимъ" (на здоровье!)
-- Л'хаимъ тейвимъ у л'шолемъ! (На доброе здоровье и миръ).
Товарищи выпили.
-- Ну, будемъ говорить, какъ люди,-- заговорилъ ребъ Волфъ серьезно, придвинувшись ближе къ Шмуэлю.-- Думаешь, я не замѣтилъ, что ты на меня сердишься? Я не только замѣтилъ, а даже знаю, что ты думалъ. Ты думалъ: "старый другъ -- подлецъ. Забылъ про мою Сорку"...
-- Что вы, ребъ Волфъ?..-- началъ было протестовать Шмуэль, но шадхенъ его перебилъ:
-- Ша! Дай мнѣ говорить. Ты это думалъ,-- не разсказывай мнѣ сказокъ. А я молчалъ и тоже думалъ. Я все время помнилъ, что у тебя дочка, что ей нуженъ хорошій женихъ -- и присматривалъ товаръ. А пока не находилось ничего подходящаго, что я могъ говорить? А? Что скажешь теперь?
Шмуэль былъ сильно смущенъ этимъ признаньемъ и забормоталъ:
-- Что мнѣ сказать... Понятно, грѣхъ думать... Старые друзья... Но Богъ, Богъ всегда дѣлаетъ все къ лучшему...