-- Умникъ, а на капиталъ не согласенъ.
-- Да у тебя сколько копѣекъ-то? а?-- спросилъ, подозрительно взглянувъ на него, Шарфманъ.
-- Это мое дѣло... Ну, вотъ что! Пусть такъ будетъ: не надо мнѣ овецъ совсѣмъ; дайте мнѣ отступного!
-- Сколько?
-- Сорокъ рублей. Я хоть сейчасъ уѣду.
-- Да ты, должно, только за отступнымъ и пріѣхалъ, а?-- спросилъ его гнѣвно Грудковъ.
-- Ладно! А не дадите отступного, буду цѣны набивать.
-- И набивай!.. И вонъ изъ хаты! В-вонъ, чтобъ духа твоего не пахло здѣсь, а то -- убью!!-- разсвирѣпѣлъ вдругъ Грудковъ и бросился на него со сжатыми кулаками.
Липкинъ выбѣжалъ.
-- По-остойте! Попомните меня, жулье!-- крикнулъ онъ въ окно и убѣжалъ на деревню.