-- Можно.
Мигнули Канаткину и незамѣтно отошли съ нимъ за уголъ дома.
-- Вотъ вамъ 25 рублей,-- сказалъ, подавая ему деньги, Шарфманъ.-- Отдадите ихъ ему послѣ всѣхъ торговъ, если онъ намъ не будетъ мѣшать. Понимаете?
-- Понимаю, понимаю!-- отвѣтилъ поспѣшно Канаткинъ, принимая деньги.
Шарфманъ удалиля. Липкинъ оглянулся, торопливо вытащилъ бумажникъ и отдалъ Канаткину 4 сотни. Канаткинъ, также поспѣшно и оглядываясь, вернулъ ему вексель на 1000 руб.
-- Ну, спасибо!-- благодарилъ Липкинъ.-- Твои 5 руб. проценту возьмешь изъ этихъ 25, а 20 мнѣ потомъ отдашь. Спасибо! И заработалъ и проучилъ ихъ!
-- Ну, ну, ладно, ладно!-- остановилъ его Канаткинъ, оглядываясь и боясь, какъ бы не узнали про ихъ сдѣлку.
Черезъ нѣсколько минутъ Липкинъ стоялъ уже, какъ ни въ чемъ не бывало, между купцами и весело перешептывался съ Бугаемъ.
VII.
Все время, пока продолжались переговоры, становой сидѣлъ, углубившись въ чтеніе какой-то бумаги. Кончивъ, онъ отложилъ бумагу и обратился къ письмоводителю.