Лукьянъ оживился, тряхнулъ головой и сѣлъ у стола.
-- Ну, подноси!!
Розалька подскочила къ стойкѣ, чтобы потребовать водки, но замѣтивъ хмурое лицо Малки, огорчилась:
-- У-у, Малечка, какая ты сер-ди-тая! Ну, перестань, родненькая! Не могу я смотрѣть, какъ сердятся, не могу!
-- Ахъ, отстань отъ меня!
-- Малечка!-- воскликнула вдругъ радостно Розалька.-- Хочешь два рубля? У меня двѣ бумажки. Хочешь? Бери, родненькая, а я ихъ у тебя водочкой-горѣлочкой пропью -- прогуляю. Возьми -- только не сердись!
И она подала ей бумажки.
Средство оказалось дѣйствительнымъ. Лице Малки нѣсколько прояснилось. Она приняла бумажки и проговорила:
-- Спасибо, Розальюшка. Ты таки угадала, умница! Мнѣ теперь деньги очень нужны.
Розалька просіяла и, хлопнувъ себѣ по бокамъ, воскликнула съ дѣтской радостью: