Вѣдь онъ не тигръ, не крокодилъ!...
Но только лишь въ тоскѣ, въ кручинѣ безотрадной,
Родная подошла, сыночекъ ненаглядный,
Въ объятьяхъ сжавъ ее... ей ухо откусилъ!
Она тутъ вскрикнула... въ тревожномъ изумленьѣ
Вздрогнулъ народъ, который вкругъ стоялъ,
А юноша въ безумномъ изступленьи,
Вбѣжавъ на лѣстницу, вскричалъ:
"Теперь всему рѣшенье!
Скорѣе смерти мнѣ... Низвергъ, я злодѣй!