-- Вам делать теперь больше нечего, теперь буду делать я! -- загремел громовым голосом Путилин, выскакивая из аналоя.
Крик ужаса, смертельного страха огласил страшную комнату.
С перекошенным, побелевшим лицом отпрянул к стене и замер Калиостро девятнадцатого века.
Руки его были протянуты вперед, словно он хотел защититься от страшного привидения, от самого Сатаны.
-- Что это?.. Кто это?.. -- лепетал негодяй в фиолетовой сутане.
-- Что это, спрашиваете вы, святой отец? Это последний акт маскарада, и не вчерашнего только, а того маскарада, который вы проделывали так долго. Кто я? Извольте, я вам скажу: я -- Путилин.
Яростный вопль бешенства прокатился под черным потолком таинственной комнаты.
-- Ни с места, "великий брат" -- Кржинецкий! Эта штучка будет пострашнее ваших черепов и аналоев.
И великий сыщик направил на "мага" и "волшебника" револьвер.
-- Ну-с, ведите теперь нас в ваш кабинет, господин Калиостро.