-- С нами крестная сила! -- раздался дико испуганный крик отпрянувших от ящика сторожей. -- Головы! Головы!!
Путилина тоже словно отшвырнуло назад.
Старший дежурный агент замер на месте. Лицо его было белее полотна.
В ящике на смоченном кровью грубом холсте лежали рядом, одна к другой, три отрезанные головы.
На что уж я, как доктор, привык к всевозможным кровавым ужасам, а тут, поверите ли, при виде этих страшных мертвых мужских голов задрожал, как какая-нибудь нервная барынька.
-- Ваше... ваше превосходительство... -- первый нарушил столбняк, охвативший всех, здоровенный детина-сторож. -- Тут бумага какая-то лежит!
И, бережно сняв с одной из голов лист в четвертинку плохонькой бумаги, смоченный по краям кровью, он протянул ее Путилину.
С дрожью в руках взял это страшное послание Путилин.
-- Вы... вы ступайте пока! -- отдал он приказ сторожам.
Те, словно радуясь, что могут избежать дальнейшего лицезрения страшных голов, быстро покинули кабинет.