Путилин встал из-за стола, поблагодарил хозяина и направился вон из столовой:
-- Я должен взглянуть на больную. Коллега, пожалуйте за мной!
Я быстро поднялся и пошел за ним.
Когда мы очутились в мавританской гостиной, смежной со спальней больной, Путилин схватился с жестом отчаяния за голову.
-- Боже мой, если бы только узнать, догадаться, каким ядом, каким ядом!
-- Ты твердо в этом убежден, Иван Дмитриевич?
-- Как нельзя тверже. Бедная девушка! Еще несколько дней, и ее не станет. Умереть в двадцать лет, обладая красотой, богатством, это ли не насмешка судьбы!
Путилин нервно прошелся по гостиной.
-- Но я решился. Если сегодня я не раскрою гнусной и мрачной трагедии, разыгравшейся в комнате бедняжки, я пойду на героическое средство: я с помощью властей вырву ее из когтей этого дьявола.
-- Но где же доказательства? Основываясь на каких данных, ты можешь бросить в лицо этому человеку, родному дяде больной, столь тяжкое обвинение?