-- Мы долго останемся здесь, Иван Дмитриевич?--спросил я моего друга.
-- Да, порядочное количество времени. Ранее глубокой ночи мы не выберемся отсюда.
-- Так для чего же мы забрались в такую рань?
-- Для того чтобы при дневном еще свете полюбоваться некоторыми памятниками. Ночью при фонаре это было бы не совсем удобно.
-- Гм... Признаюсь, не особенно приятная перспектива торчать в этом мрачном месте столько часов, -- недовольно пробурчал я. -- Что мы будем тут делать?
-- Разве? -- рассмеялся Путилин. -- Обстановка как раз по тебе, мистику и оккультисту. А время мы как-нибудь убьем в продолжении нашего спора, который был так неожиданно прерван.
В сторожке кладбищенского сторожа
А обстановка была действительно на редкость необычайная, такая, в какой я еще никогда не бывал с моим другом, талантливейшим русским сыщиком.
А куда только, как вам известно, не заносила нас судьба! Бывали мы в самых страшных вертепах Сенной и иных столичных притонах, где заседали воры, убийцы, проститутки, бродяги; попадали мы в самые тайно заповедные уголки сектантских изуверских "кораблей" (скопцов и хлыстов); доводилось нам дневать и ночевать в монастырских коридорах, подвалах и кельях; попадали мы на ослепительно блестящие рауты-балы петербургской знати, где величайшие мошенники и шулеры были облачены во фраки от Тедески.
Но сегодняшнее наше пребывание, честное слово, было особенно любопытно!