Она взглянула на него умоляющимъ взоромъ:-- Не дѣлайте этого!
-- А вы до тѣхъ поръ останетесь здѣсь.
-- Ни за что въ свѣтѣ.
-- Вы останетесь -- говорю вамъ.
Маленькая Августа, о которой всѣ забыли и которая уже давно сидѣла, прекративъ свою забаву, вдругъ разсудила, что отецъ ея и Бригита ссорятся, и горько заплакала.
-- Боже мой! мы испугали ребенка! воскликнула Бригитта и побѣжала успокоивать дѣвочку.
Густавъ покачалъ головою. Неужели подъ этимъ, всегда обдуманнымъ, даже разсудительнымъ обращеніемъ, въ которомъ не замѣтно было ни искры сдержанной страсти, ни томной нѣги сказывающагося непостижимаго желанія, могло скрываться то безмятежное, ужасное легкомысліе, которое заставляетъ такъ сильно страдать потому именно, что оно не сознаетъ, какую боль оно причиняетъ?... Нѣтъ; это невозможно!... Однако она сама сказала...
Онъ подошелъ къ дѣвушкѣ, стоявшей на колѣняхъ передъ ребенкомъ, и сказалъ: -- Бригитта, завтра вы съ малюткою поѣдете въ имѣніе къ тетушкѣ и останетесь тамъ до тѣхъ поръ, пока не получите вѣсти обо мнѣ!
Она отрицательно покачала головою.
-- Если я когда нибудь былъ вамъ дорогъ... началъ онъ, грустно улыбаясь, мягкимъ, взволнованнымъ голосомъ.