Добравшись до поляны, я остановился и посмотрел на неприятеля: оба сидели и ели ложками из котелка.
-- Превосходно, -- прошептал Змеиный Зуб, -- они ничего не подозревают. Вперед, друзья! Как можно тише!
У меня еще раз мелькнула мысль о великой рискованности нашего предприятия, но вернуться не было возможности. Вернуться одному назад? Нет! Там еще страшнее.
Я взглянул на первый отряд, -- он уже уходил; Кубыря, идущего впереди, совсем не было видно, а Крокодил, низко пригнув голову, полз на четвереньках; Змеиный Зуб, спустив очки на кончик носа, зорко следил за неприятелем.
Я перевел дух и пополз.
В траве было очень мокро, и чем дальше я полз, тем становилось мокрее. Поминутно оглядываясь на неприятеля, чтобы не потерять его из виду, я часто натыкался на камни; стебли травы царапали лицо, и наконец я окончательно убедился, что залез в болото. Перебираясь с кочки на кочку, я старался не попасть в воду, но это было трудно сделать. Следить за врагом, стараться не шуметь и, главное, тащить несуразное копье, когда обе руки нужны, чтобы раздвигать траву и ощупывать почву, -- все это у меня никак не совмещалось, и мои ноги поминутно попадали в холодную тину.
Как-никак, но дело шло вперед, и скоро, выглянув на поляну, я убедился, что сделал большую часть пути и был уж по ту сторону избушки; оставалось пройти не больше пяти сажен, и я снова пополз, как вдруг воздух огласился душераздирающим визгом.
Я моментально узнал Крокодила, -- так визжал в минуту опасности только Крокодил и никто больше.
-- Что случилось? Нападение?..
Замирая от страха, я выглянул из своей засады. Оба неприятеля были налицо, около своего котелка.